Неожиданно.
Все же драконы полны загадок. Поди разбери, как у них там все.
— Что все это значит? — не выдержал ханым, прерывая столь гнетущее молчание. — Как вы посмели устраивать подобные розыгрыши?
Столько праведного гнева было в его вишневых глазах. Столько веры в собственную правоту и вседозволенность.
— А как ты, бешеный пес, посмел поднять руку на меня? На мою семью, — ответила вопросом на вопрос. — Как посмел после содеянного являться сюда и трясти бумагами? Подсылать ко мне отравителя! Кто дал тебе, Долон, на то дозволение? И что еще важнее, кто отнимет сейчас у меня право отомстить тебе?
За спиной ханыма робкие шепотки переросли в гул.
Ситуация изменилась, и те, пока немногие, что смекнули, что к чему, медленно, не привлекая внимания, отходили к дверям, ведущим из большого зала на крыльцо. А оттуда, видимо, собирались, обернувшись волками, стремительно, без оглядки бежать в свои норы. И эта реакция на происходящее была правильной.
Погибать из-за маразма выжившего из ума старика? Глупость!
Их поведение натолкнуло меня на интересные мысли.
— Месть?! — Долон картинно захохотал, только вот чувствовалось, что спесь с него слетела и уже не столь он уверен в своих силах. — У меня был договор с Максеном из Снежных барсов. Он видел себя правителем Севера, наивный мальчишка. А сама мысль, что придется подчиниться драконам и склонить перед ними голову, вызывала в нем бешенство. А ты, Рьяна, была тем самым ключиком, который отворил бы ящерам путь в наши края. Поэтому этот ключик и был отдан мне.
Все, что оставалось — похитить тебя, девочка, и добиться от тебя сына...
— Не юли, — резко оборвала я его обличающие речи. — Да, брат, ровно, как и я, не желал терять свободу. Но я глубоко сомневаюсь, что он договаривался о смерти собственной истинной и родителей.
— Как только между нами был заключен договор — старый фер барсов был обречен, — воскликнул красноглазый. — Он желал устранить его!
— Мой брат бы никогда не нанял убийц для отца! — зарычала, чувствуя, как зверь рвется на волю и скалится на мерзкого гостя.
"
"— А кто сказал о смерти? — Долон невольно отпрянул. — Его должны были тяжело ранить магией. Так, чтобы рана не заживала. И тогда бы старый кот отдал бы власть молодому...
— И что же ты, старик, не выполнил эти условия? — а вот этот рык принадлежал не мне.
Не без легкого удивления я взглянула на Филлию. Нет, ну котенок котенком, а клыки показывать она научилась.
— А бастард... — ощерился бешеный.
