Мой безымянный племянник.
За него было обиднее всего. На глаза невольно навернулись слезы.
Сомкнув веки, я позволила им скатиться по щекам. Его никто не оплакивал. И это было несправедливо.
За спиной послышался легкий хруст снега. Обернувшись, заметила на узкой тропинке между холмиков впереди идущую Филлию, за ней ожидаемо следовал Сарен и совсем неожиданно Айдан. Вид у моего дракона был хмурым.
Подумав немного, сообразила, что ускользнула из дома, не предупредив его. Скорее всего, он меня потерял. И теперь ждет меня неминуемая расплата.
Улыбнувшись, снова повернулась к могилке Линнель.
«Весной посажу здесь цветы, — неожиданно пришло в голову. — Синие снежные примулы, которые цветут до первого снега. Этот холмик не должен выглядеть так угрюмо».
Метель усиливалась.
— Он сказал, что не посмотрит на то, что ты фера, и отшлепает, — тихо произнесла Филлия, поравнявшись со мной.
Повернув голову, я улыбнулась ей.
— Так и заявил?
Она хихикнула и кивнула.
— Что ты здесь делаешь, Рьяна? Да еще и в такую погоду.
Зачем нужно было идти на кладбище через такие сугробы, в ветер?
— Затем, что захотела, — я неопределённо пожала плечами. — Где твой платок? Голова непокрытая — давно не болела?
— Я выросла, тетушка, — насупилась она сычом.
— Нет, — моя ладонь коснулась могильного камня Линнель. — Я никогда не рассказывала тебе, но примерно через полгода после их смерти ты сильно заболела. Бегала по двору с ребятнёй слуг без шапки и простыла. Несмотря на уверения Моргана, что через три дня ты встанешь, я сильно испугалась.
Ты горела. Лежала в ворохе одеял такая бледная... И тогда я впервые пришла сюда. К могилке твоей матери и попросила у нее помощи. Молила защитить тебя. Плакала от страха потерять то единственное, что еще оставалось от нашей семьи.
— Да, ты не рассказывала, — шепнула она. — Но я всегда знала, что ты рядом и опекаешь. Поэтому ничего никогда не боялась. За моей спиной ведь стояла сама грозная фера Рьяна. Хочешь, и я тебе признаюсь кое в чем?
Она поправила на голове капюшон и покосилась на остановившихся на небольшом от нас расстоянии мужчин.
— Я прибежала сюда впервые через несколько месяцев после похорон. Прибежала рассказать маме, что теперь мне перед сном рассказывают веселые истории. Что все сладкие пирожки достаются мне. А еще меня обнимают. Только оставшись с тобой, Рьяна, я ощутила себя любимой и что еще важнее — нужной. И мне это понравилось. Да, это страшно звучит, особенно на их могилах, но...
