— Ты что тоже его видишь?
Я кивнула, и, сглотнув, не решилась рассказать, что случилось сегодня в умывальне.
— Я долго буду таскаться с этим шмотьем по дому? — недовольно ворча, в комнату вошел молодой барс. — Я телохранитель, а не тряпкотаскатель.
— Ой, Сарен, я и сама могла донести, но ты же не дал, — Филлия, уперев руки в бока, взглянула на мужчину, которого опять скрывала стопка сложенных вещей. — Как ты там говорил — упаду, шею сверну. Вот и не жалуйся! Рьяна, а это, кстати, я тебе сегодня купила. Мне просто больно смотреть на твои платья.
Ты со своими вылазками просто гробишь гардероб. У тебя половина платьев в чужой крови, которую потом чуть ли не зубами прачки отстирать пытаются."
"— Не бухти, — остановила я её тираду и, потянувшись, отпила из графина. — А за наряды спасибо. Показывай, что принесла.
Просияв, она подскочила к Сарену и, стащив со стопки плащ, развернула и продемонстрировала мне.
— Там так много всего было, — из ее груди вырвался восторженный вдох, — в общем, я просто не могла удержаться.
Так вот...
... Улыбаясь, я слушала её трескотню и вдруг поймала себя на том, что становится легче. Так всегда было. Филлия словно облегчала моё существование. Сарен стоял столбом и терпеливо ждал, пока все подарки закончатся.
Бедный, порой я ему сочувствовала.
— ... и вот ещё платье, — она развернула то самое шерстяное, что я видела с утра. — Ну как, Рьяна, угодила?
Я кивнула и, наконец, спокойно задышала полной грудью.
— Ой! — внезапно Филлия сложила руки на груди.
— А шаль? Сарен, где шаль? Та серая с красным узором.
Барс пожал могучими плечами и проводил взглядом этот вихрь, который уже смело из комнаты.
— Не все подарки? — я приподняла бровь.
— Нет, — он покачал головой, в его голубых глазах вспыхнул красный огонек, — Филлия сегодня просто в ударе.
— Ну, хоть кто-то должен быть беззаботным в этом доме, — отшутилась я.
— Ты бледная, Рьяна, что-то произошло? — он резко скривился. — От тебя сильно пахнет темным.
— Ты о Моргане? — я слегка удивилась, Сарен недовольно кивнул.
— Он меня поцеловал и...
— Не позволяй ему переступать эту черту! — в голосе всегда спокойного мужчины прорезались рычащие нотки. — Его и так слишком много. Этот маг позволяет себе больше, чем положено владельцу юрта.
Впав на мгновение в ступор, я допила содержимое графина и вернула его на тумбу. Поднявшись, все же, склонив голову набок, решила внести ясность:
— Ну, будем откровенны, Морган несколько больше, чем простой арендатор...
