Гении места или Занимательная география (СИ)

– А пока Фарид расскажет, что там с моментом истины?

- Точнее не скажешь, – криво усмехается “гений квантовой механики”. – В общем, дело было так...

А как было дело. Между “До” и “После”. Тональность – ля-диез минор.

Невидимо, неслышно и почти мгновенно неизвестные человеческой науке квантовые частицы несли смерть кифэйям этого мира. Данному миру такое излучение было чуждо, оно бы заставило сойти с ума большую часть физиков на всей планете одним лишь фактом своего существования, его почти никто не уловил, а те, кто поймали – не поняли, что это было.

Лишь один человек – молодой механик по имени Фарид Куркин, зарабатывающий на жизнь ремонтом тяжелой лесозаготовительной техники, в свободное время играющий сам с собой в шахматы и собирающий самопальные радиоприемники, сделал то, что не удалось всем этим ученым. Сначала он услышал на своем простеньком, собранном на коленке приемнике частоту, на гребне которой пришельцы и оказались здесь. Почему они не выдали сразу излучение, тогда, когда их в первый раз услышал Фарид? Ответ очевиден любому ученому: пришлые вносили финальные корректировки с учетом фактического положения дел – ведь оказались в этом слое они впервые и все предусмотреть просто не могли. Это дало Фариду время.

Время вообще сыграло свою партию, потому что оно было разным. Оно шло, текло, двигалось по-разному в разных слоях. И, в то же время, оно – едино. И время сказало свое слово. Всего одно, но и его оказалось достаточно.

Разница в токе времени, его вероятностный характер, а так же явление, которое земные ученые лишь в самых общих чертах обозначили как принцип неопределенности Гейзенберга – и на космических часах совпали две стрелки.

С разностью в один вероятностный квант времени. Раз – и смертоносное для кифейев излучение с гиканьем и улюлюканьем понеслось по поверхности планеты, мясницким ножом раздирая связь между душой кифэйя и человеческим телом. Два – и из маленького прибора, сделанного пропахшими мазутом и канифолью руками с помощью маркера, скальпеля, паяльника и, как водится, какой-то матери, собранного в корпусе старого, почившего в бозе видеомагнитофона, ударил ответ. Мощность была такая, что закоротило и вырубило свет во всем селе. С теплообменом Фарид не рассчитал, и спустя полминуты приемник загорелся – но конструктор прибора этого уже не увидел. И самое главное прибор успел сделать.

Амплитуды, фазы, секунды, кванты – все единомоментно смешалось в одном межпространственном и вневременном тигле.