Гении места или Занимательная география (СИ)

Сарай закрывают на щеколду и навесной замок, хотя это больше формальность – в этих местах не бывает никого, кроме той, которая сейчас запирает сарай на замок.

И, утробно рыкнув, “Буран” начинает пробиваться сквозь буран. Сегодняшние утренние следы уже успело замести, но их еще можно угадать в свете фар. К следующему утру переметет все, но до утра она успеет влезть на сопку. Успеет. Должна успеть. На остров сел циклон, и теперь снег с ветром зарядит на неделю, а у нее запасы кончились, как назло. И на охоту не выйдешь в такую погоду.

А вот теперь можно жить и не тужить. Главное, до вершины, до дому добраться. Буран сильный. Но и ее “Буран” проверенный, перебранный, заправленный.

Снег слепит глаза, ветер обжигает лицо, ревет мотор, вибрирует руль. Ничего. Прорвемся. Не впервой.

Ну что сказать тебе про Сахалин? На острове нормальная погода...

Международный морской грузовой порт есть не то место, где можно встретить праздношатающихся. Случайных людей здесь нет, все при деле. Время особенно ценно в порту, можно сказать, что они торгуют временем.

Принять судно, разгрузить, загрузить, отпустить. И как можно быстрее. Это – морские ворота и мешкать в створе нельзя. И, тем не менее, всегда находятся те, кто во всей этой рабочей суете и плотности рабочего графика, просто стоят и смотрят. Смотрят на то, как работает Волшебник Мо.

- Что у него сегодня? – глаза прижимаются к окулярам.

- Минеральные удобрения.

- Да. А! – один из собеседников машет рукой. – Все, больше не буду! Это бесполезно.

Он бог.

- Ты же знаешь, Мо не любит, когда его так называют.

- Да. Он – человек с именем Пророка.

Прикрыв глаза от солнца, они смотрят туда, где работает человек с именем Пророка.

Сегодня Волшебник Мо работает грейфером. Собственно, Волшебнику все равно, чем работать. Чем, на чем, с чем. Но работа при погрузке сыпучих позволяет сполна оценить почему, собственно, он – Волшебник. Точно, без потерь загрузить пылящий аммофос могут многие. Так быстро и так безупречно – только он. Огромным ковшом грейфера он орудует как собственными пальцами.

Сами пальцы при этом находятся на высоте в несколько десятков метров над ковшом, в кабине крана, на джойстике управления. Глаза Мо непрерывно следят за стрелой крана, за работой грейфера, а пальцы – пальцы сами знают свое дело, не отрываясь от джойстика и переключая что-то на приборной панели. Лишь изредка он поворачивает голову и бросает мимолетный взгляд на показания приборов. Но и его оказывается достаточным.