Геном

Он не умеет любить, но считает себя обязанным хранить верность подруге. Ким сходит с ума от любви, но разрешает ему спать с Джанет…

Это было совсем по-другому. Джанет не строила иллюзий в его отношении и не требовала больше, чем он мог дать. И пусть ей недоставало генетически вложенного искусства гейши, но ее обычный, человеческий опыт оказался достойной заменой. Все совсем иначе… они и внешне были полной противоположностью: хрупкая светленькая нимфетка и крупная чернокожая женщина.

Разве что выкладываться в сексе ему пришлось одинаково энергично.

– У меня есть еще четверть часа, – предупредил Алекс, когда они отдыхали. – Потом пора в рубку.

Джанет достала сигареты, раскурила пару, протянула одну Алексу, другой жадно затянулась сама.

– Мне было очень хорошо, – проводя ладонью по черному, блестящему от пота бедру, сказал Алекс. – Ты великолепна в постели, Джанет.

– Лучше, чем Ким? – усмехнулась женщина.

– Наверное, да… за счет возраста. У нее слишком мало опыта, и это чувствуется, несмотря на все старания.

– Лет через пять она меня заткнет за пояс, – усмехнулась Джанет. – Ну и пускай… Да, Алекс, я должна была сразу тебя предупредить…

– Я не блокировалась от зачатия. Есть вероятность, что я забеременею.

Алекс помолчал, прежде чем признаться:

– Как необычно. У меня еще не было такой женщины.

– Возбуждает? – усмехнулась Джанет.

– Да, – честно признался Алекс. – У меня трое детей, но все по предварительной договоренности. Двое мальчишек по государственной разнарядке, они в каком-то интернате на Земле, и дочка от… от одной хорошей подруги.

– Спецы? – полюбопытствовала Джанет.

– Про пацанов не знаю, если честно. Наверное, да, у меня хороший генотип. А дочка специализирована как следователь.

Алекс промолчал. Снова вступать в спор о том, насколько важно умение любить, ему не хотелось.

– У меня пятеро, но никто не специализирован на профессию с потерей основных эмоций, – сообщила Джанет.

– Ты вроде бы говорила о четверых…

– Пятый на Эбене. Если он остался жив, конечно.

– Почувствовала? Такая специализация? – заинтересовался Алекс.

– Нет, что ты. У нас есть такое поверье… что мать чувствует, живы ли ее дети.

– Очень романтично, – согласился Алекс. – Архаично, но мило.

– Мы во многих вопросах придерживались старинных обычаев. Например, трех первых детей я родила лично.

Сказано это было небрежным тоном, но у Алекса по коже пробежали мурашки.