Геном

Вы можете покрывать преступника. Вы можете быть сообщницей. Я принял во внимание ваши слова, но не могу на них полагаться.

Ким взмахнула рукой, с силой ударяя о стол. Подпрыгнули столовые приборы, в полированном дереве осталась глубокая вмятина.

– Тише, тише, – успокаивающе произнес Холмс. – Боец-спец должен контролировать себя.

– Вы в тупике, Холмс? – спросил Алекс. Собственный голос показался чужим. Хриплым, напряженным.

И, видимо, не только ему. Все взгляды обратились на него.

– У меня есть твердая убежденность, что я знаю личность убийцы, – любезно сообщил Холмс.

 – Но у меня все еще нет доказательств. А уважаемая Сей-Со жаждет именно их.

Алекс молча закатал рукав футболки. Спросил:

– Все знают, что это такое?

– Бес, – сказала Ким. – Твой чертенок…

– Эмоциональный сканер, – вступила в разговор Уотсон. Она смотрела на Алекса с неподдельным любопытством. – Как странно… Зачем вы поставили его себе?

– Наверное, я спец, желающий странного, – сказал Алекс. Усмехнулся. – Мне всегда хотелось видеть, что же я на самом деле чувствую.

А может быть… может быть, хотелось увидеть на лице Беса то, чего я никогда не смогу испытать сам.

– Он улыбается. – Доктор Уотсон быстрым шагом подошла к нему, бесцеремонно взяла за руку. – Капитан… что это значит?

– Это значит, что все будет хорошо, – сказал Алекс. – Я тоже знаю, кто убийца. И я уверен, что его вина будет доказана.

Во взгляде Уотсон читалось сомнение. Будто творившееся сейчас было неслыханным нарушением законов природы.

– Если вы можете помочь следствию… – начал следователь.

– Пока – не могу. Но завтра утром все изменится. Поверьте мне, Холмс.

Сей-Со двинулась к нему. Она развела руки – будто подчеркивая, что не настроена на агрессию. Алекс встал, шагнул навстречу.

– Я скажу вам завтра.

Глаза Цзыгу напряженно всматривались в его лицо. Что она пытается прочитать – на лице существа, лишь внешне сходного с ее расой?

– Отдайте мне убийцу. Отдайте его мне, и я остановлю войну. Именем каждой из нас, клянусь! Я остановлю войну!

– Убийца будет в вашей власти.

 – Алекс посмотрел на застывших как изваяния членов экипажа. – Что вы сделаете с ним?

– Не знаю… – Цзыгу запнулась. – Я должна решить. Что считается самым страшным наказанием у вашей расы?

Похоже, что вопрос был задан искренне. В отличие от Джанет Руэло госпожа Сей-Со не имела знаний палача-спец.

– Бросить нас в терновый куст, вот что самое страшное, – буркнул Моррисон. И зашелся почти истерическим смехом, который никто не решился поддержать.