Геном хищника 4

Из племени её изгнали за какое-то нарушение, смысл которого, я, как ни пытался, всё равно не понял. То ли за любознательность, то ли попытки соскочить с дороги ветра, то ли вообще это были происки конкурентки, которая хотела занять её место в роли знахарки племени. И по правилам изгнания она должна была где-то бродить в каких-то «серых облаках», потому что в «белые» (где умирают приличные старцы) её не пустили. Но, так как с правилами у неё было туговато (как, к сожалению, и со слухом), то вместо «серых облаков» умирать она пришла на старую стоянку, с которой её связывала куча светлых воспоминаний.

Она разговорилась и не пыталась что-то от меня скрывать, но трудности перевода, странные термины, глухота и крепкие отвары ограничили полезную для меня информацию.

В сухом остатке: Баба-Нина была классным знатоком целебных трав и прочего знахарства, и, на мой взгляд, полезнее была бы в лагере повстанцев, нежели здесь. И уговорить я её пока не смог, но семена на подумать закинул. В ответ услышал философское:

— Макадебинеси всё равно убьёт тебя, — хмыкнула старушка.

— А если нет, то это быть чудо. И тогда я подумать. Если вернёшься, то поговорим.

А по поводу врат и дороги ветра рассказала довольно много, но точный адрес назвать не смогла. Подозреваю, что просто никогда не видела карты и не разбиралась в координатах. Показать дорогу Баба-Нина отказалась, сославшись на сложную для её возраста дорогу.

Там у большой горы за лесом, повыше поднимись, сверни у камня, похожего на птицу, потом вверх по тропе вдоль обрыва и найдёшь первый «перекрёсток» ветра.

Перекрёсток в кавычках, так как перевод приблизительный.

Дальше обещалось ещё два «перекрёстка», за ними сами врата, а за ними меня непременно убьёт Макадебинеси. А если не он, то кто-то другой из племени, но случится это обязательно.

Я кивал, соглашался и продолжал задавать наводящие вопросы. Узнал, что переходы между «перекрёстками» охраняют какие-то стражи. Не из племени, но духи как добрых предков, так и врагов племени.

Духам сказала не верить никаким, а слушать только ветер. Довольно искренне пожелала мне удачи, растёрла в морщинистых руках какую-то травку и сдула её на меня.

— Дорога ветра доведёт, — повторила старушка, когда я уже утром собрался уходить. — Просто слушать ветер.

Прямо совет на миллион какой-то. Но, с другой стороны, а почему бы и нет?

Баба-Нина ещё спала, а я уже был на ногах. На довольно крепких, несмотря на разнообразие чайоков, которые попробовал ночью.