Географ глобус пропил

Яркий до изумления закат горел над Речниками. В синей дымке от блинов свет его приобретал апельсиновый оттенок. На столе в блюде, закатив глаза, лежали потные, сомлевшие, янтарные «пятаки». В сковородке щедро лучилось расплавленное масло. Варенье в вазочке от невообразимой сладости стало аж лиловым. Чай приобрёл густо-багровый, сиропный цвет. Даже пышная сметана стеснительно порозовела. Все расселись вокруг стола. Будкин, причмокивая, сразу схватил один «пятак», положил его на широкий, как лопата, язык и убрал в рот, как в печь.

Хмыкнув, он оценивающе пошевелил пальцем груду блинчиков.

– Чего таких мелких напёк? – спросил он.

– Поварёшку лень стало мыть. Пипеткой воспользовался.

– Не лазь руками, – велела Будкину Надя, накладывая блинчики в блюдечко Тате. – Ещё неизвестно, где ты ими ковырялся…

Пуджик, не дождавшись подачки, истомился бродить между ножек стола и табуреток, словно в лесу, прыгнул Наде на колени и сразу сунул усы в её тарелку с «пятаками».

Надя стукнула его по лбу:

– Брысь! Я тебе перед уходом полкило куриных шей скормила!

– Куриные шеи? – задумчиво переспросил Служкин.

 – У нас в школе в столовке всегда суп с куриными шеями. Я диву даюсь, откуда столько шей берётся? То ли курицы как жирафы, то ли многоголовые, как Горыныч… А может, нас там змеями кормят?.. Пуджик-то что, вместе с вами на лыжах ходил?

– Нет, он перед подъездом откуда-то из сугроба вылез.

– Не из сугроба, а из окна подвала, – поправил Надю Будкин.

– В подвале мог бы и мышей нажраться, – заметил Служкин. – Я слышал, он осенью с чёрным котом из третьего подъезда пластался?

– Было дело, – авторитетно подтвердил Будкин.

– То-то я заметил, что год назад все молодые коты чёрные были, а теперь серые пошли… Твой грех, Пуджик? Ты теперь в нашем подвале самый крутой?.. Видел я позавчера из окна, как он со своими мужиками в подвал дома напротив ходил. Бились, наверное, с местными. – Служкин ногой повалил Пуджика на пол и повозил его по линолеуму туда-сюда.

– Надя, смотри, Пуджик умер!.. – испугалась Тата.

– Не, тёплый.

 – Служкин снова потрогал его ногой.

– Он тёплый от солнца, – печально сказал Будкин.

– На, ешь, – смилостивилась Надя и кинула Пуджику «пятак».

Пуджик мгновенно ожил и бросился к подачке.

– Кстати, – вдруг хехекнул Будкин. – Опять чуть не забыл… Летом ещё хотел подарить, да засунул в бельё и найти не мог, только вчера выкопал… – Он встал, ушёл в прихожую и вытащил из кармана пуховика кулёчек. Из кулечка он вынул красную детскую панамку и протянул Тате.