Географ глобус пропил

А для него все бабы одинаковы, лишь бы ноги раздвигали! Для него что я, что какая-нибудь проститутка – одно и то же! Вся и разница, что я даю всегда и бесплатно!

– Эк ты его разделала… – хмыкнул Служкин. – Нафиг тогда тебе с ним таким жить?

– А чего делать-то? Вляпалась, вот и сижу! Ты замуж не берёшь, а другие ничем не лучше Колесникова.

– Уф, Ветка, ну и загрузила ты меня, – вздохнул Служкин.

– Ладно, чего трепаться попусту, – согласилась Ветка. – Шуруп спит, ничего не знает. Ты ночевать будешь?

– Господь с тобой!.

. – ужаснулся Служкин.

– Тогда я в ванну минут на десять, а ты подожди.

Ветка улетела в прихожую, заперла дверь и скрылась в ванной. Слышно было, как зашлёпали по полу её босые ноги, потом зашипел душ. Служкин закурил, выключил в кухне свет и подошёл к окну.

Отсюда отлично был виден весь затон. Ярко освещённый прожекторами, он лежал посреди тьмы, как остров. Корабли загадочными кристаллами были вморожены в плоскость неестественно белого льда. Было во всём этом что-то космическое: целое блюдо слепящего света в океане черноты, и вдали пунктир мелких звёздочек – фонарей на дамбе, – словно отнесённый в сторону окраинный рукав спиральной галактики.

Шум душа напоминал свист вселенского эфира.

Но шум умолк, дверь ванной скрипнула, и Ветка вышла.

– Бросай сигарету, – шёпотом велела она. – Пойдём в комнату.

В комнате Служкин сел на диван, а Ветка хлопнулась рядом, прижавшись к нему. Служкин обнял её.

– Ну, не думал – не гадал… – пробормотал он и принялся целовать Ветку в губы.

Ветка поддавалась с жаром и энергией.

Служкин расстегнул сверху донизу пуговицы её халата, положил руку на её горячий живот, медленно повёл ладонью вверх и взял, как грушу, тяжёлую и крупную грудь Ветки. И тут во входной двери заелозил ключ.

– Колесников вернулся! – шёпотом крикнула Ветка, слетела с дивана и начала лихорадочно застёгиваться.

– Великий факир изгадил сортир, – сквозь зубы, едва не зарычав, сказал Служкин, встал, протопал на кухню, включил свет и злобно обрушился на табуретку.

Ветка отщёлкнула собачку, и Колесников наконец-то вошёл.

– Чего закрылась-то на сто оборотов? – раздражённо спросил он, разуваясь. – Чего тут украдут, тебя, что ли?.. Служкин уже свалил?

– Нет, на кухне сидит, – ответила Ветка и, подумав, добавила: – Курит.

Служкин покорно вытащил сигарету и закурил. Мягко ступая в одних носках, Колесников свернул из прихожей сразу на кухню и поставил перед Служкиным на стол бутылку водки.

– Обломала она меня, – тихо сказал Колесников.