Географ глобус пропил

 – Я битый час добиваюсь тишины, а ты рта не закрывал!!! Ты лучше меня географию знаешь, да?!! Давай отвечай, какие основные отрасли нефтехимического комплекса?!!

– Я это… – соображал Градусов. – Я болел на прошлом уроке…

– Встань, я стою перед тобой! – грохотал Служкин.

Градусов неохотно совершил странное телодвижение, перекосившись в полустоячем-полулежачем положении.

– Раз на том уроке не был, так на этом слушать должен!!!

– Да ч-щ-що ваша география… – презрительно прошипел Градусов, постепенно приходя в себя после первого замешательства.

– Это не моя география, а твоя география! – теснил Служкин. – Я свою географию десять лет назад всю выучил! Чего ты слушал, чего ты знаешь по географии, чтобы мне тут шипеть? Только что я про Тюменскую область говорил – назови мне хоть главный город там!..

– Эта… Моск… – опять сбился Градусов.

– Два!!! – торжествующе рявкнул Служкин.

– Вам же хуже, – хмыкнул Градусов, валясь обратно за парту. – Всё равно исправлять будете…

– Там посмотрим! – Служкин яростно распахнул классный журнал.

Из-за своей фамилии Градусов уже устраивал шоу, и Служкин должен был помнить, как зовут этого рыжего, но в пылу схватки не вспомнил. Однако не стоило обращаться за помощью к Градусову. Это был тактический просчёт. И теперь Служкин уже не мог одолеть Градусова, хоть оторви ему рыжую башку. Градусов приосанился.

– Забыл я фамилию, – ухмыльнулся он.

– Как его фамилия? – обратился Служкин к классу.

И это был второй тактический просчёт, потому что в конфликт ввязывалась вся зондеркоманда.

– Ергин! – закричали Служкину. – Баскакова! Черезвысокозабороногопередерищенко! Воробьёв! Шварценеггер!

– Это я Шв-в… В-воробьёв, не ставьте двойку!..

– Ладно, я сам дознаюсь, – заверил Служкин, распахивая журнал. – Агафонов, ставлю два!

– Вороб… Так, ясно. Горохов!

– Горохов он! Горохов! – заорали с задних парт.

– Горохов в больнице лежит! – закричали девицы. – Чего не признаешься, Градусов?.. Ой!

– Кор-ровы безрогие! – злобно прорычал Градусов девицам.

– Теперь дневник, – выведя в журнале двойку, велел Служкин.

– Дома забыл, – хмуро заявил Градусов и бросил на парту свой портфель-ранец с надписями и катафотами. – Обыщите, если не верите.

– Не верю, – согласился Служкин.

Отступать ему было поздно – гонор сшибся с гонором. Служкин двумя пальцами поднял открытый ранец за нижний уголок и высыпал на пол всё его содержимое.

– Нифига себе! – завопил Градусов. – Собирайте мне теперь!..