Фили не дура, и сразу все поняла. Если бы она дала понять это Эльке, то на выходе получилось бы не хуже того Посмертия, которым я глушил ушастых. Элька, знаешь ли, Бертелани в высшей степени, чем я, сейчас она — единственный архимаг, способности которого я знаю и который меня превосходит. И который может разделать замок и без Посмертия, своей природной магией.
— Знаю, знаю, — опять скривился Осий. Что у него — зубы болят или геморрой от слишком усердного сидения на троне появился? — Абсолютный маг.
— И что, конечно, она любит дядю Осия, но папу с мамой любит больше, а остальным, невзирая на родство, натянет глаз на…
— Хватит уже? — рыкнул Осий.
— Нкечи зачем арестовывать?
— Она была нужна как свидетель. Теперь уже нет. Ведомство Ария уберет и ее и тебя из розыска.
— И на том спасибо. А кстати, Ария я не вижу. Где он?
— Ищет доказательства твоей невиновности, до сих пор. Он сразу не поверил в версию двойника.
— А ты поверил…
— Поверил или нет, я должен был докопаться до истины. Все-таки по факту ты третье лицо в государстве, брат короля.
— И если бы оказалось, что я — это не я, то что бы ты сделал? — ухмыльнулся я. — Ты видел, что стало с твоей охраной. Такую-то «безопасность» ты обещал Фили с Элькой?
— Кто же виноват, что ты маг-переросток? Вряд ли маги такой силы есть у ушастых или других разумных. А насчет безопасности — не хочешь ли ты ее доработать? Чтобы таких эксцессов больше не было?
— Не хочу, — сказал я.
— Вдруг понадобится еще раз вложить истину через заднее место брату, если у него не доходит через голову?
— Так, хватит, — брат разозлился. Долго же он терпел. — Не забывай, что разговариваешь с королем!"
"— А то что? Опять объявишь государственным преступником и спустишь своих собак? Только в следующий раз сдерживаться не буду… Все, молчу-молчу, — быстро сказал я, заметив, что брат уже почти доведен до бешенства.
— А по поводу магов моей силы… Такие существуют. Есть у меня мысль, кто мог меня подставить и как.
— Да уж, врагов ты себе нажил — мама не горюй. Эльфы, гномы, люди… Иногда и мне тебя прибить хочется, — выдохнул брат.
— Это от недостатка ума и нежелания слушать правду, — грустно констатировал я. — Проще обозвать человека мудаком, если сам мудак и у тебя подгорает от правды.
