Мог, конечно, тихо и спокойно запустить Облако Смерти и наслаждаться результатом, но тут важна зрелищность — какой же фокусник обходится без спецэффектов-то!
И вот тут началось веселье. «Разогреть публику» — это не метафора, а самое что ни на есть настоящее действо. Молния попадает в орка, и вот он, дымящийся, падает на землю, покрытый хрустящей корочкой. Или нет.
Минуты две я изображал из себя громовержца, пока вопли не стихли — вопить было некому. Весьма немногочисленные счастливчики покинули представление, не потребовав возврат денег, остальные представляли собой закуску для грифов, гиен и прочих падальщиков — мясо в саванне не пропадает, ценный продукт.
Вернулась довольная собой Ариса, за ней и Блейус. Оба перемазанные с ног до головы. Подхватили одежду и направились в кустики подальше, переодеться и себя в порядок привести.
А я рассматривал толстяка-инкоси, который еще крепко и хорошо спал. Есть такие зрители, которые храпят все представление, и пропускают все самое интересное.
— Привязываем его к дереву, чтобы не дергался, — сказал я Брэду.
— Представление еще не закончилось.
Глава 15
— Ну что? — спросил я у Арисы и Блейуса, принявших нормальный человеческий вид.
— Вы бы, милорд, поаккуратнее с молниями обращались, — упрекнула меня Ариса. — Чуть меня не поджарили!
— Это уже твои трудности, — хмыкнул я. — Все, как договаривались. Все по плану.
— Как всегда — задумывалось по плану, а пошло по…
— Тебе же хотелось сверкнуть на подмостках? Шанс ты свой получила. Теперь зрители не забудут.
Да, так что с беглыми?
— Не все смогли убежать. Мы постарались, — промурлыкала она, рассматривая свои коготки.
— Но хоть сколько-то отпустили?
— С десяток. Если вавки залечат и доберутся до дома, или хотя бы до Дакареи, то эффект гарантирован.
— Я уже начинаю бояться… — подозрительно сказал я.
— Ничего страшного, милорд, — успокоила меня она. — Ну подумаешь, больше они не мужчины…
Она сжала кулак и сделала движение, как будто что-то выдергивала. Я поежился.
— И зачем?
— Морально опустить их.
Теперь в племени вряд ли им место найдется, только с женщинами. И мстить не смогут. По их верованиям это хуже смерти.
Я только покачал головой. С жестокостью Арисы, как и ее тетки, вряд ли что-то сравнится. И извращенной изобретательностью.
— Я своих просто убил, — сказал Блейус. — Милосердно.
— Так что стайка выживших хныкающих беглецов ушла. Все, что осталось от военного похода. — осклабилась Ариса.
— Нам тоже пора уходить, — сказал Брэд.
