Я как раз работал в конюшне, а этот человек прошел мимо – прошел так, как будто точно знал, куда идет и чего хочет. По виду – так никакой не джентльмен, но… Было в нем что-то такое, что прям-таки кричало: лучше его не трогать! Такой решительный взгляд, а походка – словно на драку нарывается.
– И куда он пошел?"
"– В сад, через заднюю калитку. Я об этом особо и не задумался, но вот позже… Он прошел обратно с большим ящиком. Вор! Да еще и наглый такой! Он был куда крупнее меня, но все же я ему сказал, чтобы он ящик-то оставил: мол, если оставит, то я никому ничего не скажу и он уйдет без помех.
– Однако он не оставил? – спросил Эрик.
Рутерфорд помотал головой:
– Повернулся ко мне и говорит: мол, у меня на это прав больше, чем у кого другого тут. По праву рождения. И пошел дальше. А я пошел в дом и рассказал обо всем управляющему. Но, насколько мне известно, никто ничего не сделал. Никто его не искал. И из властей никто не приходил. Вот в основном и все.
– А когда это случилось? – спросил Эрик.
– О, давным-давно. Задолго до войны с Наполеоном. Мне тогда было… Дайте-ка подумать… Лет тридцать пять, наверное. Я еще и старшим конюхом тогда не был.
– А вы, конечно, не знаете, что находилось в том ящике? – спросила Девина.
– Судя по тому, как он ее нес, ничего особенно тяжелого. Не сгибался под тяжестью. Значит – не фамильное золото или там серебро… И тот ящик был не такой уж огромный. Не сундук. Просто довольно большой деревянный ящик.
Явно разочарованная, Девина пробормотала:
– Спасибо вам, мистер Рутерфорд, за потраченное на нас время и за помощь.
Она подошла к мужу.
– Наверное, я сейчас вернусь на постоялый двор и немного согреюсь.
Брентворт проводил жену взглядом, потом кивнул на жеребца:
– Какой красавец… А вы один из них, верно?
– Вы о чем? – удивился старик.
– Говорят, есть шотландцы, у которых особый подход к лошадям. «Шептуны» – так их называют. Я всегда считал, что это просто байки, но сейчас, когда сам увидел…
– Да, я умею с ними обращаться, – кивнул старик.
– Всегда умел.
– Если когда-нибудь захотите вернуться в Тейхилл, добро пожаловать. Скоро там будет больше лошадей.
– Я уже прижился тут, – отозвался старик. – Мне это подходит. Каждый день – множество разных лошадок. Да еще у меня тут есть подружка, которая будет горевать, если я уйду.
– Говорят, что шептуны и к женщинам имеют особый подход.
Рутерфорд ухмыльнулся:
– Может, и правда. – Он пожал плечами и взялся за поводья.
