– Добрых три часа, мисс Маккаллум.
– Мне захотелось хорошенько прогуляться, – ответила девушка.
– Такое не подобает, – пробормотала миссис Хьюм.
Старуха не любила Девину и не считала нужным притворяться. Ей не нравились весьма необычные условия, которые девушка выдвинула, прежде чем согласиться на это место. В результате она часто бранилась, когда Девина проявляла независимость, стоявшую первым пунктом в ее списке обязательных условий.
– Как ты провела вторую половину дня, Нора? – спросила старуха. – Ведь из-за отсутствия мисс Маккаллум тебе пришлось остаться одной…
– Ходила к моей подружке Энн, – ответила девочка.
– У нее новая кукла, и она всегда носит ее с собой. Если бы я была младше, то могла бы ей и позавидовать, потому что кукла французская. Но мне кажется, что глупо повсюду таскать с собой куклу, если тебе уже тринадцать.
– Уж лучше кукла, чем книга, слишком сложная для твоей юной головки, – проворчала пожилая дама.
– Миссис Хьюм, меня пригласили в ваш дом, чтобы побуждать Нору интересоваться сложными вещами, – заметила Девина.
Бледное лицо старухи порозовело, и она пробурчала:
– И я должна терпеть такую дерзость от гувернантки?..
– Ее наняли учительницей, мама, а не гувернанткой, – возразил мистер Хьюм. – И она вовсе не проявляет дерзость, а объясняет тебе положение вещей.
Девина с благодарностью посмотрела на своего нанимателя. Ему наверняка было не так-то просто возражать матери, в особенности – объяснять, почему учительница не ведет себя так, как обычная прислуга.
Миссис Хьюм – с уже побагровевшим лицом – извинилась и встала из-за стола. Ее уход мог бы стать драматическим, да только она не могла выскочить из столовой слишком уж быстро. Из-за больных суставов, что часто случается у пожилых женщин, она нуждалась в помощи и в трости. Девина тотчас подскочила к ней, чтобы помочь, а Нора спросила:
– Можно мне тоже уйти?
– Да, можно, – отозвался мистер Хьюм.
– И займись латинскими глаголами, – сказала Девина. – Завтра проверим.
Нора не застонала и не стала возражать.
Послушная девочка, она, казалось, даже получала удовольствие от учебы. «Но долго ли это еще продлится?» – гадала Девина. Ведь вскоре модные наряды и молодые люди вскружат ей голову, и вспомнит ли Нора о том, что должна и чего не должна знать юная девушка?
Мысленно вздохнув, Девина принялась за тушеную курицу, а мистер Хьюм тем временем пил вино. Его длинные пальцы так осторожно держали ножку бокала, словно он был хрустальным, а не оловянным.
