– Девушка со вздохом оглядела свое скромное голубое платье и темно-синий жакет. – А будь я одета, как… – она кивнула на болтавших неподалеку дам, – как они, то это, наверное, помогло бы.
«Может, и так», – мысленно согласился герцог и проговорил:
– Вовсе нет, вы выглядите чудесно. – Сейчас эта девушка понравилась ему еще больше, чем во время их знакомства на приеме у герцогини Страттон. – Скажите, мисс Маккаллум, я могу чем-нибудь вам помочь?
Казалось, ее очень озадачили эти его слова. Она склонила голову к плечу, словно обдумывая, чем он и впрямь мог бы ей помочь, но затем вдруг сказала:
– Благодарю вас, милорд, но это дело личное.
Помочь мне может только король, но я боюсь, что он этого не сделает. И сейчас мне нужно решить, смириться ли с этим или продолжить бороться.
– Если вы в своем праве – не опускайте руки. Поверьте, главное – настойчивость. И если вы будете настойчивы, то сможете преуспеть.
Девина невольно вздохнула. Ах как гладко все это прозвучало! Хотя сам герцог Брентворт не верил ни единому своему слову.
Все эти люди надежно предадут забвению ее дело, если решат, что так будет лучше для их хозяина.
– Вы правы, милорд, – кивнула девушка. – Ваш совет принят. Я все еще могу собрать доказательства, которые требуются, чтобы привлечь его внимание.
Дверь в противоположном конце комнаты распахнулась, и появилась лысая макушка. Заметив это, мисс Маккаллум сказала:
– Я должна идти, ваша светлость. Не хочу снова видеть этого человека, пока не буду готова.
Она торопливо присела в реверансе и исчезла.
Лысый же пересек комнату и, остановившись прямо перед Брентвортом, изрек:
– Ваша светлость, спасибо, что пришли.
Эрик прекрасно знал Хевершема – тот находился в свите короля не один десяток лет. Завидев его, герцог всякий раз вспоминал шекспировского «Юлия Цезаря»: «А Кассий тощ, в глазах голодный блеск . Хочу я видеть в свите только тучных»[1]."
"– Меня призвал мой государь. Во всяком случае, я так думал, – ответствовал герцог.
– Я писал по его распоряжению, – Хевершем покраснел, – но сегодня он попросил меня говорить от его имени.
– Я не привык, чтобы кто-нибудь, пусть даже сам король, отделывался от меня при помощи клерка, – заявил Эрик.
– Отделывался? О боже, нет-нет. Просто я проведу предварительную работу, если можно так выразиться. Объясню вам кое-что. И тогда потом, когда вы встретитесь с его величеством, вам не придется ожидать его объяснений, которые могут оказаться… менее четкими.
