* * *Отлично, я снова довела себя до слез, а друзей до паники. Норри бегала за водой со льдом, пока Рон ходил со мной по комнате, схватив в охапку.
— Ш-ш-ш, — бормотал он, будто я малышка Фруфи.
Принеслась Норри с ведерком.
— Платок в кармане, — бросил Рон.
Чистейший, только слегка помятый. Ох уж эти аристократы. Теперь платок пригодился для компресса: Нор намочила его от всей души и льда не пожалела. Пришлепала это сооружение мне на лоб, по щекам потекла вода, заливая и ночную сорочку, и рубашку Рона, и пол.
Мы оба оказались мокрыми, как лягушки. Я принялась хохотать, шмыгая носом. Друзей, правда, и мой смех не слишком-то обрадовал. Норри взяла со столика чашку с водой.
— Пей, пей, Зи!
— Выпей, Розали.
Рон опустился со мной на кровать, придержал чашку. Давясь, я сделала несколько глотков.
— Все, я успокоилась. Честно.
— Я сожгу твой дневник, — мрачно пообещал Рон.
— Только попробуй! — огрызнулась я, помолчала и добавила примирительно: — Мне надо это пережить, как бы ни было тяжело и трудно.
Самое страшное уже позади. Только не уходите, останьтесь со мной.
— Куда же мы уйдем, — пробурчала Нор, — от тебя, дурочки такой!
* * *Дверь слетела с петель, а в помещение ворвался сноп яркого света. Я узнала это сияние: так сверкала чешуя Рона, когда он менял ипостась. Я уже видела его неполное обращение — в подвале, когда на меня напал орк-потеряшка.
Рон перешагнул порог, для этого ему пришлось нагнуться: он стал в два раза выше, чем обычно. Тело, закованное в золотую броню, горело жаром.
Он не стал тратить время на объяснения, в два прыжка оказался рядом с Лоером, схватил его за шею и поволок за собой, наружу.
Лоер хрипел и сучил ногами по полу, вздымая облачка песка.
Я быстрее натянула рукава платья — застегиваться времени не было, — выбежала следом и стала свидетельницей битвы в небе.
Гигантская огненная птица, с чьих крыльев срывались капли чистого пламени, и золотой дракон сходились грудью на грудь. Они со всей силы били друг друга крыльями и поднимали такой горячий ветер, что я едва дышала от жара.
Рвали когтями. Дракон вонзал клыки в горящую протуберанцами шею феникса, а тот в ответ долбил его мощным клювом.
Они кружились в смертельно опасном танце, который, если бы не хрипы, клекот, рык и скрежет когтей, показался бы даже красивым.
Оба были сильны, и невозможно было предугадать, кто одержит победу.
Конечно, схватка в небе не могла остаться незамеченной. Со всех сторон к павильону уже бежали студенты и преподаватели.
