Мы сидели так очень долго. Ничего особенного — просто моя ладонь в его руке, моя голова на его плече, его дыхание, его жар… Подумаешь!
— Розали, — повторил он снова, точно кроме моего имени не существовало других слов, помолчал, собираясь с силами, и добавил: — Прости меня за эту слабость. Мне нельзя… Нам нельзя…
— Что? — пролепетала я, окончательно запутавшись.
Рон сумел овладеть собой, выпустил мои пальцы и подался назад. Теперь его голос звучал словно издалека.
— Я сейчас не могу позволить себе отношений, — отчеканил он.
— Сейчас не можешь? — опешила я. — А когда же?
— Не знаю. — В голос закралась нотка растерянности. — Не сейчас. Не в ближайший год. Не в ближайший век! Возможно, никогда!
Последние слова Рон почти выкрикнул.
— Ого, долго… — попробовала пошутить я.
Он хмыкнул, но вовсе не весело.
— Не расскажешь… — Внезапно меня озарила догадка. — Что там с твоей кровью?
Рон напрягся, потом расслабился: тоже понял.
— Ох уж этот глазастый и чересчур разговорчивый мэтр Крикл, — признал он.
Я ждала, не перебивала. Мне казалось, что Рон колеблется — рассказать или нет.
— Я не тот, кто тебе нужен, — в конце концов выдохнул он. — Я не тот, кто нужен вообще кому-либо. От меня лучше держаться подальше. И мне лучше держаться подальше от всех. Вот и все, что тебе необходимо знать, маленькая Рози.
Рон говорил спокойно, но в каждом слове колотилось отчаяние — давнее, невысказанное, глубокое, как тьма.
— Рон… Но ведь мы можем быть просто друзьями?
— Друзьями? — Кажется, я сделала ему больно: слишком уж беспечно зазвучал его голос.
— Конечно! И если ты… С Лоером…
Он вдруг прижал меня к себе, обхватил руками, зарылся лицом в волосы и глухо произнес:
— Я не буду мешать. Только, прошу, будь осторожна. Присмотрись сначала как следует. Если что — я рядом.
— Как старший брат?
— Угу…
Мне было грустно от этого разговора, но и тепло тоже. Вместо врага я получила друга. Брата. На большее я и не рассчитывала.
— И что же, даже дашь списать конспект по травологии? — лукаво уточнила я.
Рон рассмеялся. Я специально его отвлекла и радовалась, что получилось.
— Пойдем, провожу тебя домой, нарушительница закона, — хмыкнул он.
В комнате мы застали Норри за учебником. Она изумленно посмотрела на меня, на Рона, но ничего не сказала. Зато Рон выдал меня с потрохами и попросил приглядывать за этим «преступным элементом», чтобы она, то есть я, снова никуда не ушла ночью.
Рон вскипятил воды в маленьком медном чайнике, просто взяв его в ладони.
