Впереди оставалось самое сложное — убедительно сыграть свою последнюю роль, после которой можно будет без страха шагнуть в будущее и попытаться его изменить.
Когда же у кромки леса показались первые всадники, я стояла у ворот, прижимаясь всем телом к своему защитнику — стражу ещё никем не виданного белого цвета. Над этим трюком Кассиану пришлось поработать, но зато теперь у меня был достойный ответ на главный вопрос: а как же мне удалось выжить и повязать “лживого некроманта”.
— Ваша Светлость! Вы целы? — подъехал ко мне первый офицер сопровождающий Вилейта.
Муж лишь посмотрел на меня издалека, едва заметно кивнул и, повернувшись к своим людям, начал раздавать указания.
Чтобы отвести ненужные подозрения, было решено, что перед другими Вилейт должен оставаться ко мне так же холоден, как раньше. Это было сделано ради очередного доказательства: у герцога Шаттери не было причин идти против брата. Скандальная аристократка в этом точно не виновата.
Переключив всё своё внимание на тучного мужчину средних лет, я дрожащим голосом начала:
— Да, я цела, но мои люди… он всех их…, — тут пришлось закусить губу, тем самым показывая, как тяжело мне даётся сдерживать рыдания.
Мужчина спешился, не решаясь давить, но и не убеждая повременить с рассказом. Из воспоминаний Этерии я знала, что это граф Дирахем, участвовавший в битвах ещё при прошлом императоре. Фигура в военных кругах весомая и потому нельзя было перед ней оплошать. Между тем к нам с подозрительно осматривающимся графом подъехали ещё несколько человек, которые легко нашли лежащего чуть в стороне от остальных тел бессознательного Альберта.
"
"— Император привел свою армию, — продолжала я не раз отрепетированную речь, — хотел избавиться от меня потому, что я не умерла в этом суровом краю. Он так и сказал, когда явился к вратам моего дома! Конечно мы дали отпор, ещё у границы, и хоть нас было меньше, но нам удавалось сдерживать войско Альберта благодаря знанию местности. Однако потом…, — я в ужасе прикрыла рот ладонью, — потом император вдруг начал… поднимать своих павших… это было ужасно.
… Но самое отвратительное случилось, когда Альберт понял, что ему недостаточно мертвецов, — тут мой голос осип, а глаза расширились от ужаса, — он решил отравить всех живых воинов, чтобы обратить их. А всё потому, что многие, увидев его истинное лицо, поспешили встать на нашу сторону. Мне повезло, что страж неожиданно выбрал хозяйкой меня и смог разобраться с армией из мертвецов.
