Герой

Я приказал гвардейцам никого из дворца не выпускать, но похоже, что это уже бесполезно. Вероятно, убийца избавился от свидетелей сразу после того, как они доставили нам еду, и давно успел исчезнуть. Я начну проверять всю прислугу, как только появятся результаты, сообщу.

– Действуй, – ответил король и устало опустился на кровать.

– Мля-я-я… – протянул я и рухнул в кресло. – Так и знал, что не я все-таки являюсь главной мишенью. И та четверка стреляла в меня, и церковники пытались поджарить только потому, что я мог помешать убийцам в дальнейшем, а основной удар оставался направленным на всю нашу семью.

Ведь я еще думал недавно, отчего это святоши такие дураки, что повторно наступают на те же грабли, а им просто поставили ультиматум – срочно устранить, пока не началось основное действие. Мда… похоже, что имперцы занялись горами всерьез.

Следующие два дня во дворце творилось нечто. Всю обслугу регулярно таскали на допросы, а тем гостям, кто случайно задержался после праздника, увлекшись разговором с приятелями, давали возможность выговориться в кабинете Шаринона.

Некоторые даже признавались. Так был выведен на чистую воду один помощник Ришаха, который воровал даже больше самого советника, парочка слуг, обожающих тырить столовое серебро, и повар, который за последний год обрюхатил уже трех служанок. Но этим успехи и ограничились, никто не захотел сознаваться в том, что помогал убийцам. Все клялись в лояльности трону и, размазывая сопли, утверждали, что ничего дурного против короля не замышляли.

Я в это время копался в дворцовой библиотеке и донимал ее смотрителей, но так ничего нужного и не обнаружил. Библиотека была огромной, но достоверных сведений по поводу Основателя было совсем немного, в основном домыслы, основанные на старинных легендах и слухах, а уж о том, как он пользовался своим даром, вообще нигде не упоминалось. На удивление, самым информативным источником оказался сборник гномьих сказок, предоставленный мне Сваршем. Вот там рассказывалось о том, как Древний Король мог с легкостью показать рабочим, где проходят жилы, только прикоснувшись к скале.

Так что я с сожалением понял, что мой дар можно будет проверить только на практике.

Алона эти два дня ходила сама не своя. Уж очень ее напугало покушение, да так, что даже Керреш, который целыми днями следовал за ней, как привязанный, не мог никак расшевелить и приободрить девушку. Кстати, в вине действительно оказался яд, который был слизью какой-то имперской лягушки.