Герой

Тогда святоши пригрозили отлучить правителя от церкви, но тот в ответ только посмеялся.

И вот тогда церковники рискнули начать обливать короля грязью перед прихожанами, говоря, что в его душу закралась тьма, что в дворцовых подвалах замучены тысячи невинных людей, что… В общем, король терпел недолго. Ровно до того момента, когда узнал об этих проповедях. А после велел привести с полсотни окрестных священнослужителей и лично повел их в свои подвалы на экскурсию.

В живых из этой полусотни остались всего двое, которым удалось заверить короля в своей лояльности. Они пообещали подобных ошибок больше не совершать и были отпущены на свободу, громко проповедовать всем о том, что правитель Мардинана – самый мудрый и справедливый в мире. А вот теперь конец истории. Да, когда в королевстве появились иные религии, пришедшие с востока и от эльфов, церковники попробовали было возмутиться, но им сразу же объяснили в доступной форме, чем это чревато. Вот после этого они и перешли к пакостям, на которые король обычно закрывал глаза, так как мелкие склоки его никоим образом не волновали, пока не нарушались интересы государства.

– Ну что, ты узнал, что хотел? – спросил Фариам, когда рассказ подошел к концу.

– Ага, – улыбнулся я.

Да, я выяснил все, что было необходимо. Ведь меня волновал всего один вопрос: что будет, если в королевстве кто-нибудь пронюхает о том, что я являюсь Темным магом? Ведь несмотря на то, что Ренард пообещал сохранить тайну о Повелителе, кто-нибудь особенно дальновидный вскоре все равно сможет сложить два и два.

Об отношении церкви к Тьме в целом и Темному магу в частности не буду упоминать, и так все понятно, поэтому мне было нужно выяснить – смогут ли церковники Мардинана пойти против короля или будут молчать в тряпочку, если правда когда-нибудь откроется.

Ну а теперь можно было вздохнуть с облегчением, ведь в королевстве церковь подконтрольна государству, а значит, лишних телодвижений делать точно не будет, что меня полностью устраивало. И хоть я все равно не собирался кричать на всех углах о своем цвете, неприятностей с этой стороны теперь можно было не опасаться и всецело сосредоточиться на Империи.