Герои забытых легенд

Эта парочка давно вызывала у него странные ощущения и подозрения, а интуиция Мезенцева редко подводила. У Зверевых творилось черт знает что, и шериф почему-то был уверен, что эти двое замешаны в происходящем. Возможно, эта фотография, сделанная Владом незадолго до гибели, – тому доказательство.

Мезенцев отложил снимок в сторону.

А затем увидел сразу несколько однотипных фотографий, сделанных на каком-то стадионе, на фоне беговой дорожки и трибун. Они лежали в самом низу толстой стопки, поэтому ни сам шериф, ни Клим с Луизой не видели их раньше.

На снимках был изображен Тимофей Зверев. Судя по напряженной позе, парень с кем-то выяснял отношения, но внимание Мезенцева привлекло не это. Разложив фотографии веером, он с изумлением увидел, что Тимофей меняется! На первой – обычный парень, затем с каждым изображением его тело словно понемногу искажалось. А пролистав снимки один за другим, как раскадровку мультфильма, Владимир увидел, как Тимофей превращается в жуткое существо, которое одновременно напоминает волка и ящерицу, стоящую на мускулистых задних лапах. Мощная фигура, покрытая светлой шерстью, с длинным пушистым хвостом. Торчащие остроконечные уши и пасть, полная острых зубов.

На последней фотографии монстр сражался с другой тварью, напоминающей огромную лохматую крысу.

Владимир Мезенцев на какое-то мгновение даже перестал дышать. Сынок Зверева – монстр?! С виду такой славный парень. В это невозможно было поверить! Но снимки подтверждали обратное. Может, именно эта фотография и стала причиной смерти Влада Пивоварова?! Впрочем, Влад в Клыково наснимал столько всего необычного, что убить его могли за что угодно.

Но с Тимофеем все же следовало поговорить, и в самое ближайшее время. Помотав головой, Мезенцев взялся за другие фотографии.

Когда за окнами полицейского участка окончательно сгустилась ночная тьма, в кабинете Владимира Мезенцева появилась Кадиша де Лафуэнте.

– Снова работаем допоздна, шериф? – загадочно улыбнулась она, закрывая за собой дверь.

Мезенцев даже не слышал, как она вошла.

Казалось, жрица просто соткалась из воздуха. Она была в длинном бордовом платье, поверх которого набросила черный плащ с капюшоном. Голову Кадиши, как всегда, покрывал тюрбан, расшитый золотой нитью.

– Полно дел, не терпящих отлагательств, – ответил Мезенцев, отодвигая в сторону папки с документами. – А я ведь только недавно вспоминал о тебе, Кадиша…

– Какое совпадение. – Она присела на край стула, стоявшего напротив письменного стола.