Героиня по вызову 2

Впрочем, деревенские не расстраивались — гидра была большая, но не особо активная; предпочитала жрать зверьё, которое заходило ей на болото, да изредка по ночам переворачивать лодку-другую и лакомиться содержимым. «Убытка от этого не было, один достаток, — ухмыльнулся Жажек, — по ночам-то нормальные люди реку не пользуют, а кто пользует, того не жалко». Таким образом, и здесь образовался симбиоз – гидра жрала контрабандистов и зверьё, местные прекрасно знали её распорядок дня и зону обитания, и туда не лезли, а сборщики податей в Большие Караси плавали с некоторой опаской и в деревне не буйствовали — всегда ведь можно утопить обнаглевшего бюрократа в реке, а потом кивнуть на гидру, правда?"

"Проблемы начались с полгода назад, когда с Пустых Гор (кряжа, служившего естественной границей между Ребрайваной и Нодсильским княжеством) спустилось крупное племя кобольдов и добравшись до реки, встретило гидру.

Никто толком не понимал, что творится в ящериных мозгах этих примитивных существ, но по какой-то причине они объявили чудовище своим божеством, стали ему поклоняться и приносить обильные жертвы. Гидра, понятно, от лишней жратвы отказываться не собиралась, благосклонно принимала «дары» и даже позволила племени обосноваться практически вплотную к её логову. Только вот беда — когда гидра много ест, она становится больше, а когда она становится больше, она хочет больше есть. В общем, случайных контрабасов и оленей вкупе с жертвами кобольдов ей уже не хватало, и зверюга сначала изредка, а потом и регулярно стала выходить охотиться на реке. Вроде бы, черные гидры не были строго водными созданиями, но плавали отлично, а огромные размеры этой особи позволяли ей топить и жрать всё, что она могла встретить.

— И ты предлагаешь нам с ней разобраться, так? — за всё время рассказа с лица Ягена не сходило презрительное выражение, — Не слишком ли ты много на себя берёшь, простолюдин?

— Прошу прощения за мою дерзость, молодой лорд, но я ничего не предлагаю — я просто говорю, что у деревни есть проблема и тот, кто её решит будет пользоваться полной поддержкой местных.

Мы крестьяне люди простые, — сокрушенно развел он руками, — указы и традиции для нас сложноваты, а вот доброе дело мы помним долго.

Яген наклонился вперёд и вперил взгляд своих голубых глаз в честную и простодушную рожу старосты.