Героиня по вызову 2

Залившись краской, я открыла нужную вкладку и краем глаза увидела, как губы Тиниэль растянулись в ехидной улыбке:

— Значит у тебя была групповушка? Причём дважды? И даже озабоченные лианы в тебе побывать успели? Вот же скверная девчонка, — прошептала она мне на ухо. Её ладонь переместилась мне на грудь и чувствительно сжала, — тебя надо наказать…

Другая ладонь поползла вниз и я закусила губу:

— Да, надо наказать, моя госпожа. Я очень скверная девочка!

— Надо, надо. Но, — руки демоница вернулись мне на талию, — не сегодня.

Да блядь! Прям как в том анекдоте про садиста и мазохиста в тюремной камере, честное слово…

— Возьми вот эти. Тебе как раз очень не хватает…

— Ни слова, — я зажала ладошкой её рот, — мало ли кто слушает.

Тиниэль улыбнулась уголками губ и поцеловала мою ладонь. Я залилась краской ещё сильнее, хотя казалось бы – куда уж больше.

— Тогда ложись спать, я покараулю.

С сожалением, я выскользнула из её объятий, вытащила одеяло и подушку и устроилась у борта.

Тиниэль наклонилась и поцеловала меня в губы:

— Приятных снов, дорогая.

Я улыбнулась, глядя на её силуэт сквозь полуприкрытые веки и вскоре провалилась в сон.

***

Вроде как всё было в порядке, но при этом необычно. Нахмурившись, я перевернулась на спину и открыла глаза – над головой было черное ночное небо. Пронзительно-яркие звёзды горели на небосклоне как неоновые фонарики, но этот свет не раздражал взгляда, наоборот – был приятен, как огонёк свечи в темноте. Звёзды словно складывались в узор, нет, скорее узор формировался их светом – длинные тонкие нити шли от каждой точки света и закручивались в гигантскую воронку, центр которой непрерывно вращался и изменялся.

Я долго всматривалась в эту фигуру, и вдруг поняла, что она мне напоминает – тонкие нити свиваясь в воронке образуют радужку, а изменяющаяся чернота в центре – зрачок. На меня смотрел глаз Хора, каким я никогда раньше его не видела.

Я рывком вскочила на ноги и только тогда поняла, что нахожусь не на палубе – повсюду куда я смотрела была вода, блестевшая в звёздном свете, но глубина её была не больше пары пальцев.

Я словно стояла в луже, заполнившей всё от горизонта до горизонта. Но опиралась я явно не на землю – под ногами только вода. Я неуверенно топнула ногой, подняв тучу брызг, и моя конечность снова встретила неизвестную прозрачную опору. Словно под водой было бронированное стекло, абсолютно прозрачное, но не пускающее ничего внутрь.