Героиня по вызову 3

Её лицо источало доброту и смирение, а улыбка излучала всепрощение. Она мне сразу не понравилась, уж не знаю чем.

— Эй, это что за чертовщина, — вышел вперёд один из мужиков, этакий боров с густой пегой бородой, — вы что с Михом сделали, иродки?

— Гораздо меньше, чем он заслужил, — заметила Тина, — твой дружок…

Генриетта вдруг подняла руку и чётко сказала, глядя на жрицу:

— Нам нужно шесть комнат на одну ночь, припасы и ужин. Сейчас же.

Женщина явно умела читать атмосферу лучше деревенских, потому положила руку на плечо борову и что-то шепнула ему на ухо.

— Ну… ладно. Постоялый двор вон там, госпожа — он указал рукой на большое двухэтажное здание за массивным частоколом, одной стеной выходившее на площадь, — Корлег вас обустроит. И это, извините, что так получилось с Михом, у нас не часто высокие гостьи бывают.

Генриетта холодно ему кивнула, принимая извинение и боров, повернувшись к своим, рявкнул:

— Ярго, проверь Миха, остальные – по домам.

Деревенские разошлись, негромко ворча и косясь на сидевших на крышах фургонов егерей и Грубера с некоторой опаской.

— Раско, я составлю гостям компанию за ужином.

Мужик вздохнул и почесал в затылке, потом произнёс:

— Я не думаю, что им нужна ваша компания.

— Я с вами абсолютно согласна, — заметила Рие.

— И всё же я настаиваю, — улыбнулась ей жрица, — у нас нечасто останавливаются столичные аристократы, законы гостеприимства обязывают меня, как жрицу Триединой Матери.

Генриетта пожала плечами:

— Как вам угодно. Но развлекать вас дольше, чем я и мои люди будем ужинать, я не намерена.

— Конечно, госпожа…

— Леди Генриетта Харт, — снова примерила я на себя роль глашатая, — Графиня и баронесса. Герба медведя и браги.

— Анабелла, мер-сену богини Хау в этом приходе.

Генриетта обозначила кивок, а мы с Тиной слегка поклонились, не слезая, впрочем, с коней. Я же задумалась. Мер-сену – это храмовая жрица, далеко не высший сан, но посвящена в тайны.

Что ещё не радовало, так это тот неприязненный взгляд, которого мы с Тиной удостоились. Анабелла посмотрела на нас, словно на насекомых. Впрочем, лицо её тут же разгладилось, и на нём расцвела благодушная улыбка.

Жрица пошла рядом с кобылой Генриетты, мы же с Тиной пустили коней по бокам от них, на всякий случай. Если вдруг из-за крыш полетят стрелы или обвалится стена.