Герцог-дьявол

Страттон передал письмо Брентворту, брови которого удивленно взмыли вверх.

– Превосходно! – воскликнул Страттон. – Видимо, для леди Фарнсуорт, вы были неоценимой находкой.

Лицо Аманды ничего не выражало. Габриэль положил руку ей на плечо. Она согласилась сделать это, только чтобы закончить их дела с Ярнеллом, но он понимал, что демонстрация этого умения в присутствии других людей смутила ее.

– Ну а теперь мы вас оставим, – сказал Брентворт. – Рано утром я лично передам записку Ярнеллу. Страттон проследит за тем, чтобы наш предполагаемый пленник, находящийся наверху, не ускользнул до полудня, но, если принять во внимание количество съеденного и выпитого им, это маловероятно.

Они со Страттоном удалились.

– Если у них возникли какие-то вопросы касательно меня, на них следует ответить, – сказала Аманда.

– Тебя нельзя винить в том, чему тебя научил отец, когда ты была совсем маленькой.

– Этому последнему научила меня мама.

– Может быть, нам следовало привлечь ее к подделыванию подписи.

Аманда покачала головой.

– Я делаю это гораздо лучше. – Она взглянула на него. – Кажется, завтра все должно закончиться.

Ее слова и их глубинный смысл задели тот тяжелый комок, который он в течение многих дней носил в своем сердце.

– Приди в мои объятия, Аманда, усни в них, и пусть завтрашний день сам позаботится о себе.

Они разделись и легли в постель. Габриэль ласками попытался отвлечь их обоих от тягостных мыслей.

Аманда взяла у слуги ведра с водой, поднесла к ванне, затем разбудила мать и попросила ее вымыться и одеться.

Миссис Уэверли сонно заморгала и зевнула.

– Восемь. Приведи себя в порядок. Скоро здесь появится Ярнелл, и джентльмены должны будут с ним встретиться.

– Здесь два друга Габриэля, которые ему помогают.

Миссис Уэверли выскользнула из постели, сбросила ночную рубашку и села в ванну.

– Габриэль? Ты хочешь сказать, герцог? Не удивляйся. Я спросила, кто он такой, и он мне все рассказал.

Аманде не следовало оставлять их вдвоем.

– Страттон и Брентворт. Они тоже герцоги.

Миссис Уэверли повернула к ней удивленное лицо, покрытое мыльной пеной.

– Интересно, почему ты не привлекла к решению моих вопросов всю палату лордов, Аманда? Да и короля в придачу? Она плеснула воду на лицо, чтобы смыть пену. – Три герцога! Ну, теперь мы обречены.