Герцог на счастье

Вдруг он сейчас встанет и уйдет? И что нам тогда делать?! — Ну вы, сударыня, и нахалка! Простите, герцог. У меня просто нет других слов.

— Ой, да хоть горшком назовите, только в печь на сажайте. — Я выдохнула и мысленно залепила себе подзатыльник. Нервы ни к черту. Соберись, Поля, ты же профессионал. — Но артефакт, с помощью которого можно снять проклятие, как можно скорее должен оказаться в наших руках. Хорошо, в ваших! Главное, чтобы он не попал к заговорщикам. — И я пронзила Далтона суровым взглядом: — Что вы собираетесь предпринять по этому поводу?

— Как прекрасно, что женщин не берут на работу в сыск, — вызывающе фыркнул в ответ Бонд.

Тьфу, сексист паршивый. Молчал бы про дурдом. Между прочим, ни у одного следователя-мужика на моей памяти не было такого процента раскрываемости и такого порядка в документах, как у меня и моих коллег-женщин! Но об этом Далтону, увы, знать не положено.

— Давайте ближе к делу, сударь.

— Мы? — влез в наши препирательства Кеннет и глянул на меня эдак по-особенному.

— Мы! — Я и его одарила суровым твердым взглядом. — Если вы, мужчины, сию секунду ничего не предпримете, я сама возьму это управление штурмом, и…

— Не надо, сударыня. — Бонд, закашлявшись, торопливо отложил вилку. — Этого управление точно не перенесет. А насчет артефакта можете быть спокойны. Заговорщики до него не доберутся ни при каких условиях.

— Откуда такая уверенность? — Кен тоже отложил вилку, отодвинул тарелку и принялся комкать в руках салфетку.

Всю беседу он старался казаться собранно-невозмутимым. Но я-то видела, как его внутри потряхивает, вероятно даже сильнее, чем меня. Для него же принц не просто абстрактный человек, который может вскоре погибнуть, а друг.

— Ну, во-первых, охрана предупреждена. А во-вторых… — Далтон сделал длинную паузу, скрывшись за чашкой с кофе.

— Сударь, вы серьезно рискуете, — сквозь зубы прорычала я.

— Ничуть.

В разговоре снова повисла пауза. Каждый смотрел в свою тарелку. Я тоже что-то ела, но плохо понимала, что именно. Не чувствовала ни вкуса, ни запаха.

Какая-то мысль болталась в голове, то и дело высовывая нос. Только едва я пыталась за нее зацепиться, эта дрянь ныряла в глубину подсознания.