Онлайн-библиотека книг
В полной уверенности, что в этом году отвоевался, я вместе с Синни лег спать в арбу, потому что ночь была теплая. По пьяне долго не мог кончить, мешал спасть своим соратникам, зато потом как в яму провалился.
Растолкал меня Кон. Мне снилось, что я плыву на теплоходе по узкой реке, странным образом раздвигая берега и не застревая, не садясь на мель, поэтому не сразу понял смысл того, что декурион говорил мне. Я смотрел на его лицо, которое в лунном свете казалось кадром из черно-белого фильма, и пытался понять, почему мне снится этот усатый варвар?
— Возле главного каструма идет бой, большой бой, — спокойно, как непонятливому ребенку, повторил Кон.
— Какой бой?! С кем?! — не сразу врубился я.
— С адуатуками, — ответил он. — Я говорил, что эти коварные змеи что-то задумали, иначе бы не бросали оружие со скал.
Тут и я услышал крики, звон оружия и рев труб в той стороне, где был главный каструм римской армии. Загудели трубы и в каструме, где был одиннадцатый легион. Значит, дело серьезное.
— Распорядись, чтобы привели лошадей, — приказал я.
Наши кони паслись примерно в километре от лагеря. Рядом с ним всю траву они уже съели.
— Послал людей, — сообщил Кон.
— Доставай доспехи, — сказал я Синни, которая, проснувшись, молча слушала наш разговор.
Кельтским женщинам не позволено вмешиваться в разговор мужчин. За нарушение этого правила можно схлопотать сразу и добавку потом. Все-таки кельты — мудрейший народ.
Меня не покидало чувство, что сражение у главного каструма несерьезное, что должно скоро закончиться, поэтому одевался, обувался и облачался в доспехи неторопливо.
— Поехали, — дал команду не столько своим подчиненным, сколько самому себе."
"Возле нашего каструма к нам присоединились остальные три турмы одиннадцатого легиона. За ними пристроились из двенадцатого под командованием префекта Авла Форий.
Когда мы подъехали, бой еще шел, но уже на склоне холма, медленно смещаясь к открытым воротам укрепления, на башнях по обе стороны от которых горели по два факела.
