Гезат

Обедали мы вдвоем, возлежа на клиниях, изготовленных легионерами. Обслуживали нас три раба, которые сопровождали легата в походе, как и повар-ассириец, мастер своего дела. Сперва подали запеченную на углях баранину, свернутую рулоном и начиненную зеленью, с булгуром, который греки называют плигури — кашей из обработанной кипятком, высушенной и раздробленной пшеницы — и мягким молочным хлебом. Дальше были запеченные на углях пирожки с мелко порубленной говядиной и зеленью. Затем ели печеную рыбу с обжаренными в масле шариками из горохового пюре.

На десерт были мягкий творожный сыр из козьего молока и слоеные пирожки с медом. Сладкое красное вино подавали под все блюда. Децим Юний Брут пил его с особым наслаждением, зажмуривая глаза.

— А где сейчас наш командующий? — поинтересовался я, когда перешли к десерту.

Гай Юлий Цезарь постоянно переписывался со всеми своими легатами. Графомания проявлялась у него и в таком виде.

— В Иллирии, — ответил Децим Юний Брут.

— Против кого собирается воевать там? — спросил я.

— Вроде бы не собирается пока, — ответил он.

— Значит, соберется, — подсказал я. — Восемь легионов не могут стоять без дела. Половину придется распустить, потому что проконсулу не положено иметь больше четырех легионов. Не думаю, что Гай Юлий Цезарь согласится лишиться испытанных в боях и, что важнее, преданных ему воинов.

Легат гмыкнул одобрительно и поделился:

— Ты знаешь, мне тоже показалось, что он замышляет что-то против паннонцев, далматов и нориков, но прямо ничего не пишет.

Сам понимаешь, письмо может оказаться в чужих руках…

— Даже не сомневаюсь, что врагов у Гая Юлия Цезаря хватает не только среди галлов и германцев, но и в Риме, особенно среди сенаторов, которые щедро заплатят за любой документ, изобличающий его, — согласился я.

— А ты бы поддержал проконсула против его римских врагов? — как бы между прочим поинтересовался Децим Юний Брут.

— Если доверяю командующему, а я нашему доверяю, то мне без разницы, с кем воевать.

С кем скажет, с тем и буду, — ответил я.

Уверен, что мой ответ дойдет до ушей Гая Юлия Цезаря и укрепит мои позиции. И дело не только в этом. Мне действительно без разницы, против кого воевать под его командованием, потому что знаю, что победит всех.

37Зима прошла без происшествий, если не считать, что была очень холодной, напоминающей русские, разве что уложилась всего в два с половиной месяца.