Не поверите, но проконсул загорелся желанием защитить от германского нашествия бедных и несчастных менапиев, не покорившихся ему в прошлом году. В итоге на совещании было принято решение общими силами выступить на германцев. Кельты должны были выставить пять тысяч кавалеристов. Желающих нашлось даже больше. У римлян репутация непобедимых, несмотря на прошлогодний конфуз с моринами. Так ведь не проиграли, хотя и не выиграли. А желающих идти на войну вместе с победителем всегда много.
Мы присоединились к армии, когда проходило неподалеку от Дурокорторума.
На этот раз она шла с очень большим обозом. Гай Юлий Цезарь сделал правильные выводы из прошлогодних приключений. Впереди двигалась кельтская конница, в которой было много эдуев, в том числе и родственников моих воинов. Кое-кто был не против поступить на службу к римлянам в моей турме. Будут резервом. Наверняка во время боев кто-то погибнет, кого-то искалечат. Из первого состава турмы сейчас осталось всего человек десять. При этом списки имен, по которым платится жалованье, не меняются.
Кстати, Гай Юлий Цезарь привез и деньги, и одиннадцатому и двенадцатому легионам выплатили задолженность, накопившуюся с лета прошлого года. Мой сундук, в котором храню деньги и другие ценности, становится все тяжелее, что радует. Когда становится тоскливо, подниму его, почувствую, какой я богатый — и сразу наступает праздник души, именины сердца.
Двигались обычным походным маршем, делая в сутки километров двадцать пять. Грабить население было запрещено, поэтому тупо скакали впереди своего легиона.
Лишь иногда отъезжал с парой воинов, чтобы подстрелить оленя, косулю или кабана на ужин и завтрак. Поражался количеству дичи в лесах. От знания того, что всю ее изведут, как и леса, становилось грустно. Получается, что для того, чтобы стать цивилизованным, надо уничтожить и изгадить всё.
На подходе к реке Моса, которую я по созвучию и тому, что является притоком Рейна, идентифицировал, как Мозель, к Гаю Юлию Цезарю прибыли послы от германцев: одни от усипетов и тенктеров, вторые от убиев, которые жили неподалеку, выше по течению Рейна, и постоянно воевали со свевами.
Первые предложили не трогать их, дать им поселиться на захваченных у менапиев землях. Вторые жаловались на свевов и просили дать возможность усипетам и тенкретерам перейти на их земли, где обещали помощь и поддержку, чтобы потом вместе воевать против общего врага. С первыми проконсул был суров: или они убираются на правый берег Рейна, или будут уничтожены.
