Гезат

Скинув с себя одеяло, под которым лежал в тунике и шерстяных носках длиной до колена, проконсул сперва сел на кровати, а потом прыжком, словно изображал игривого козленка, соскочил с нее.

— Говоришь, уходят?! — радостно произнес Гай Юлий Цезарь, отмахнулся от раба, который протягивал чашу с питьем, и заверил: — Никуда они теперь не уйдут!

— Отряд моих подчиненных неподалеку от этого каструма. Сразу сообщат, когда будут переправляться остальные враги, — проинформировал я.

— Не будем им мешать! — улыбаясь, как ребенок, получивший долгожданную игрушку, решил он.

 — Подождем, когда переправятся все, а потом пойдем за ними следом!

— Мои всадники могут постоянно тревожить их, — подсказал я.

— Да, это не помешает, — согласился проконсул и обратился к рабу: — Секст, дай этому образованному греку большой мешочек, чтобы он почаще приносил мне хорошие вести!

Когда я вышел из шатра главнокомандующего, весь каструм уже знал, что помпеянцы удирают, причем меня приветствовали так, будто это я заставил врагов отступить.

Звукоизоляция у шатра никакая, а возле него всегда вертятся любопытные легионеры. Это не считая охраны, которая всегда рада поделиться подслушанным с сослуживцами.

125В нашем каструме стихийный митинг. Легионеры требуют, чтобы Гай Юлий Цезарь приказал им преследовать отступающих помпеянцев. Их даже не пугает то, что придется переходить реку Сикор вброд, что для малорослых может закончиться печально. Если переправляться по мосту, то на переход к нему и возвращение к месту напротив каструма на противоположном берегу уйдет весь световой день, за время которого противник сильно оторвется от нас.

Судя по спокойной реакции проконсула, он сам и замутил эти волнения. Если бы приказал легионерам перейти реку, тогда бы недомерки ворчали на него, а так он подчиняется их желанию и не несет ответственности за их гибель в воде. На всякий случай Гай Юлий Цезарь распорядился расставить ниже по течению поперек реки всадников-галлов из недавно прибывших, чтобы отлавливали тех, кого собьет с ног и понесет течение. Оно все еще быстрое и сильное.

Нас эти хитрые маневры проконсула не интересует. При переправе через реку мы разве что замочим ноги и заодно помоем их. Чтобы не скакать в мокрой одежде и сапогах, мои подчиненные перед переправой раздеваются наголо и разуваются. Вода все еще холодная. Лошади с неохотой лезут в реку, зато быстро преодолевают ее. За те несколько минут, пока пересекаешь Сикор, ноги сводит.