Конечно, клановец преувеличивал. Сам он тоже не слишком чувствовал себя в силах нажать на курок без раздумий. Хотя стрелять в живого человека ему уже довелось. Но, тем не менее, суть вопроса не изменилась.
— Готова ли ты полностью взять на себя ответственность за защиту собственной жизни? — переспросил молодой человек, подобрав более точную формулировку.
Сестра поежилась и… промолчала. Еще несколько месяцев назад она искренне была уверена, что аналитик ее класса, да еще и клановец, готов вообще ко всему в этом мире.
Жизнь быстренько доказала ей обратное. И хорошо еще, что рядом оказался брат, поддержавший в трудную минуту. Иначе она либо уже оказалась под пятой клана без права голоса, либо свернула себе шею.
«Впрочем, без Павла вообще бы ничего не началось.», — припомнила клановка, вздохнув. Кто именно обеспечил ей стартовый капитал она не забывала."
"— Тебе предоставили защиту, — коротко выдохнул Павел. — Лучшую из тех, что ты могла бы получить. Не забудь поблагодарить родичей за такую заботу!
И Волконский ничуть не преувеличивал.
Все его контры с родственниками — пока что не более чем вполне себе конвенциональная борьба за власть. Вполне себе нормальная тема, чтобы воспитать характер, подготовиться ко встрече с «жестоким миром» и закалиться. Конечно, жадность Главы тут тоже свою роль сыграла, но… все мы люди-человеки. По крайней мере, пока клан от него полностью не отказался. Уже приятно.
«Хм!» — мысленно выдохнул парень. Он как-то и не успел заметить, на каком именно моменте злость на Совет за то, что не нашли ему места в клане, не просто отодвинулась на второй план, а буквально испарилась словно роса под лучами утреннего солнца.
Если быть честным, то тому зацикленному на правилах и этикете «дуболому», без какой-либо творческой жилки, он и сам бы не доверил ничего серьезного. А ведь именно таким совсем недавно был Павел Волконский.
Нет, конечно, само противостояние никуда не делось. Отчего-то клановец не сомневался, что Игорь Георгиевич не оставит попыток отнять у него «РитРос».
Равно как и сам не собирался отказываться от попыток щелкнуть по носу Председателя Правления. Но… это все вовсе не война на уничтожение.
— Задумался о чем-то, Паша? — поинтересовалась сестрица.
Легкая ехидца в ее голосе была практически незаметна. Возможно, именно поэтому он и не напрягся сразу. Как оказалось, очень зря.
— Есть такое, — вздохнул клановец. — Напало что-то.
— А, — обрадовалась сестренка.
