— Ну-ну, юноша… Такой большой, а уколов боишься!
— Аааааа! — заорал клановец.
Нет, он не боялся. Это слово никак не могло описать всей той гаммой чувств, что сейчас владела разумом молодого человека. Парень был просто песец в каком ужасе! В его жизни было всякое: боль, кровь, разочарование. Но с таким звездецом он не сталкивался ни разу!
Он орал просто так, без особой цели. Просто потому что в ЭТОТ миг можно уже было буквально ВСЕ. Фраза «когда, если не сейчас» приобретала новый смысл.
— Потише, пожалуйста, — буквально взмолился старик, вцепившись руками в собственный халат.
— Вы мешаете сосредоточиться.
Пальцы старого врача дрожали. Однако это удивительным образом совершенно не влияло на хирургическую точность его движений.
Павел вновь попытался дернуться.
— Сейчас мы подождем Константина Дмитриевича и начнём, — пости ласково, тоном опытного педиатра, начал уговаривать клановца «пилюлькин».
Волконский бросил взгляд вниз. Перед тем как уложить парня на дыбу, его избавили от робы.
Зато выдали напялили тапочки. Белые. «Чтоб не простудился!» — пошутил мрачно один из громил.
— Не волнуйтесь вы так, — совершенно превратно понял взгляд парня палач. — Мы скажем ему, что тут холодно. Уверяю вас, он поймет! И вообще, в вашем положении, нет ничего удивительного, что…
Отчего-то именно это замечание сподвигло Павла еще раз проверить фиксаторы на прочность. Тщетно.
И кстати, холодно ему ни хрена не было! Наоборот, все тело покрылось крупными каплями пота. Казалось, что от места укола по телу растекался горячечный жар! «Что они мне вкололи⁈» — мелькнула довольно связная для его положения мысль в голове Павла.
— Так, чуть подтянем, — буркнул себе под нос старик.
Устройство пришло в движение, растягивая тело узника «внатяг».
Волна ужаса захлестнула сознание. Казалось, все разумное и человеческое покинуло разум Волконского. Осталась одна мысль — Хочу Жить! А древнее сознание, сбросившее оковы контроля неокортекса. уже вовсю рисовало жуткие картинки ближайшего будущего.
Стало тяжело дышать. парень выброшенной на берег рыбой начал хватать ртом такой вкусный воздух.
— Вижу, теперь вы куда более настроены на разговор, — констатировал Долгорукий-младший.
Павел его приход банально пропустил в борьбе с самой настоящей паникой. Малую часть контроля удалось вернуть с большим трудом. Павел сосредоточился на своем резком и прерывистом дыхании, буквально заставляя вгонять себя порции воздуха через нос.
