— Так, я в душ, — сообщила Анастасия и зашагала в сторону указанного объекта, оставив удивленного гвардейца любоваться цепочкой белых следов от босых ножек на темном полу.
— Что ж там произошло? — едва слышно буркнул он и тут же выбросил столь крамольные мысли.
Как бы там ни было, все это не его дело. Это понимание им тоже вбивали намертво. Пьянка, кутеж, оргия — гвардеец должен оставаться гвардейцем даже посреди вечеринки свингеров клуба «кому за шестьдесят».
Короче, о таких вещах им должностной инструкцией размышлять запрещалось.
Зато имелись дела, которые хороший командир никогда не станет откладывать в долгий ящик.
— Итак, господа хорошие, — коротко выдохнул он, заходя в комнату, где уже ждали своей очереди «залетчики». — Какое первое правило гвардейца?
— Интересы клана превыше всего! — в голос рявкнули оба, старательно демонстрируя усердие и рвение к своей службе.
Колчаков поморщился.
— Второе правило, — поправился он.
На этот раз однозначного ответа не получил.
— Стойко переносить тягости и лишения службы? — немного неуверенно предпринял попытку угадать Зверь.
— Не-е-е-е-ет, — обрадовался Влад. — Главное правило… Второе главное правило настоящего гвардейца: «Не п****и вверенного имущества!».
Оба «залетчика» отчего-то сильно погрустнели.
— Расслабились, — добродушно констатировал Колчаков. — Бдительность потеряли в местной благодати, да?
Бойцы, до того старательно изображавшие вид лихой и придурковатый, синхронно покачали головами.
— Никак нет!
— Тише! — тут же шикнул на них ни разу не поверивший столь искреннему заявлению командир.
— Еще внимания соседей нам не хватает!
Да, квартира оборудована «шумами». Но сегодняшний день ясно показал Владу, чего именно от них ждут на этой службе. И пора было начинать соответствовать.
— Так есть! — тут же шепотом выдали оба."
"— Ну, есть или не есть, мы сейчас просмотрим, — набрал побольше воздуха перед длинной и поучительно тирадой командир.
И кто сказал, что нерадивых подчиненных нельзя пропесочить до самой мелкой фракции шепотом? Через пятнадцать минут оба «залетчика» могли совершенно точно сказать, что это полная чушь!
* * *— Не ругайся, — мягко попросила Кошкина.
Павел с трудом оторвал голову от подушки, в которую уткнулся вот уже минут пять как.
— Не буду, — пообещал он, растирая раскрасневшееся от хохота лицо. — Воспитательная беседа. Не более.
Волконский еще много чего готов был чего пообещать в тот миг.
