— Николай Александрович, зайди, пожалуйста.
Судя по всему, будущей «знакомец» был где-то неподалеку. Или, что вернее, его кабинет располагался на том же этаже. В любом случае он прибыл буквально через минуту после приглашения.
«Сурьезный мущщина.» — оценил во время формальной процедуры знакомства Павел. Чуть выше и плотнее воеводы, но весь угрюмый. Как именно молодой человек это определил по типичной «кирпично-клановой масочке», он так и не смог бы сказать. Но вот создавалось такое ощущение.
Тем временем очередной «уралец» задумчиво рассматривал его самого.
В рамках вежливости, но цепко и вдумчиво.
— Благодарю, Лев Демидович, — встал мужчина и коротко кивнул хозяину кабинета и гостю.
Больше кроме короткого формального прощания, он не произнес ничего. Просто развернулся и вышел.
— Благодарю, Павел, — тут же произнес отец Виктории. — Николай Александрович, мой двоюродный брат, возглавляет один из отделов физзащиты. В том числе именно его люди обычно занимаются обеспечением безопасности членов семьи.
Волконский кивнул. Претензии снимались. Знакомство получалось вполне логично. Особенно с учетом того, что им, возможно, взаимодействовать еще придется.
— Он… близко к сердцу воспринял новость, что охраной моей дочери занимаются сторонние специалисты.
«Тоже понять можно.» — мысленно согласился парень. Он и сам не очень доверял даже гвардейцам собственного клана в вопросах охраны сестренки.
— Не боишься так развлекаться? — поинтересовался воевода «уральцев», обратив свой взор на монитор, что находился на его рабочем столе.
Павел даже отсюда мог разглядеть (собственно, и разглядел!), что на экране развернулась запись его появления в здании с камер наблюдения.
— Какие именно развлечения ты имеешь в виду? — уточнил молодой человек.
А то, за последнее время, как-то очень уж много событий в его жизни случалось, которые вполне подходили к заданному вопросу.
Лев Демидович лишь головой покачал. Но от уточнений воздержался. Куда больше его волновал совсем другой вопрос:
— Как моя дочь… Что-то случилось?
Чем вызван последний вопрос, Павел понимал прекрасно.
Он и сам почувствовал, как у него перекосила лицо. Однако ответил относительно ровно.
— Виктория чувствует себя удовлетворительно, — пожал плечами клановец. — Никаких жалоб на «режим содержания» не имеет. Компенсирует некоторые ограничения передвижения творческим поиском.
Вот теперь настала очередь воеводы удивляться. Странный ответ получился какой-то.
— Например? — даже уточнил он негромко.
