Если и впрямь клановка, то тот, к кому она обращается по имени и отчеству…
— Волконский, — подтвердил очень нехорошие подозрения парень.
Сотрудники чуть притормозили. Оба прекрасно понимали, что даже в такой ситуации самый отчаянный псих трижды подумает, прежде чем назваться «небожителем». Обитатели этажей такого не прощают. И конец пути может быть более чем печальным.
— А вы можете?.. — как-то очень печально протянул младшенький, первым направляя оружие стволом вниз.
— Конечно, — уверенно кивнул Павел.
— Сейчас я медленно и печально достану паспорт.
Универсальный документ, выполненный в виде небольшого пластикового прямоугольника, подделать было фактически невозможно. Во всяком случае, если за твоей спиной не стояли возможности другого государства. И довольно развитого!
Пик!
Четыре секунды прошли в полной тишине. На пятой сканер выдал результат. И, судя по побледневшим о побледневшим лицам сотрудников, он явно совпадал со словами клановца.
— П-простите, — коротко выдохнул старший.
— Вы… вы подтверждаете личности своих спутников?
— Да, — вздохнул Павел. — На заднем сидении, как я сказал, Юсупова Виктория Львовна. За рулем же…
— Кроль, — коротко представился сам водитель.
— Кроль?.. — переспросил «младшенький».
— Просто Кроль, — заверил Кирилл.
— Понимаете, девушка заявила о похищении… — начал оправдываться «старшой».
Ну да, именно с выкрика «Меня похитили!» вся белиберда и началась. С другой стороны, сотрудник дорожной полиции и сам не прав.
Ну, видишь ты, что на заднем сидении человек с мешком на голове, так зачем же спрашиваешь «Все ли у вас в порядке?!». Каков вопрос, таков и ответ. Как же иначе…
— Ее и похитили, — коротко взглянул он на трясущихся бойцов.
В смысле, обоих и впрямь реально потряхивало. Шутка ли, угрожать целым двум клановцам и целому Кролю оружием. Такое могут и не простить. С фатальными для здоровья последствиями.
— А она могла бы снять… это с головы? — поинтересовался сотрудник.
— Нет, — коротко ответил Павел.
— Запрещаю.
— Отчего же? — где-то поднабрал еще чуток смелось младшенький.
— Молодой человек, — вздохнул клановец. — Девушка по-хи-ще-на. В действиях своих абсолютно несвободна. А я запрещаю.
Виктория, кстати, сколь бы она не считала мешок неудобным «головным убором», данное двадцать минут назад обещание блюла свято. Так что своевольничать не стала. Впрочем, через миг оказалось, что причина оказалась несколько неожиданной.
