— Рано убрал, — едва слышно прокомментировал исчезновение со стола графина отец «бунтаря».
Остальные же просто нахмурились, уставившись на инициатора встречи. И сколько же всего было в этих взорах. Одного только разочарования было море. В основном… в Светлане.
— Нет, моя сестра мне ничего не рассказала, — коротко объявил молодой человек. — А само название проекта я уже встречал в отчетах. Единственное, что мне выдала Света — вот здесь.
С этими словами парень вынул из внутреннего кармана сложенный вдвое листок и развернул его перед собравшимися.
Три пары глаз тут же сошлись на схеме.
— Прекрасно, — ровно выдохнул Игорь Георгиевич.
По схеме действительно нельзя было сделать практически никаких выводов. По сути, это был отрывок технологического движения какой-то заготовки и… все.
— Единственное, что она уточнила, это высокую важность проекта для нашего клана.
Несколько секунд в кабинете стояла тишина.
— Хотелось бы знать, — первым нарушил ее Глава. — Зачем вообще Светлана Анатольевна обсуждала с тобой хоть что-то касательно проекта с первой формой допуска.
Вопрос-то важный. Каким бы профессионалом ни был аналитик, но проблемы с лояльностью поставят на его карьере жирный крест.
— Она исходила из интересов клана, — кивнул Павел, признавая правомерность интереса.
— Хотелось бы убедиться, — коротко заключил Председатель Правления.
— Светлана Анатольевна стала свидетелем моего разговора с Львом Демидовичем, — начал Павле.
— Еще и Балтийский Лев… — с силой выдохнул воевода.
— Точно так, — не меняя интонации продолжил молодой человек. — Так вот, Лев Демидович предложил передать Волконским лабораторию, где сейчас обрабатываются срезы контурной обводки заготовок «Градиента».
Попал в точку. Глава откинулся на спинку кресла и уставился на воеводу. Тот задумчиво пялился в потолок и что-то прикидывал. Лишь Анатолий Георгиевич уставился в одну точку без всякого движения.
— Что он хочет взамен? — чуть резче, чем стоило бы, выдохнул старший Волконский.
"
"Судя по всему, отдать он готов был многое. Видимо, и впрямь штука нужная.
Теперь настала очередь самого юного участника совещания развести руками:
— Чуть более… широкого понимания нашего с ним соглашения.
Чуть обтекаемой фразой он сразу дал понять, что вдаваться в подробности не собирается. И молодой человек был в своем праве. Это понимали все. Не каждый из присутствующих готов был с этим, правда, смириться. Но это уже другой вопрос.
