Гиперборей

Судя по всему, Локхид опускался в воду, пораженный насмерть или раненный так, что уже никогда не возьмет в руку меч и даже не поднимет и чашу."

"Олег вздохнул, его пальцы в который раз перебирали обереги, останавливаясь на черной рыбке. Это означало гибель на воде, и он пытался мыслью уйти еще дальше, отстраниться, в то время как его душа, связанная невидимыми нитями со всем миром, пыталась предупредить об опасности. В сутолоке дней ее слабый голос не слышишь, лишь во сне иной раз поймешь предостережение, а чтобы услышать наяву, надо прибегать к особому языку волхвов.

Он разжал ладонь. Снова — рыбка, выкрашенная в черный цвет.

Он повернулся к друзьям, поморщился. Ушкуйник сказал, что отсюда всего пять дней ходу... Но где-то на берег уже вышли посланцы Семерых. Если остаться с людьми Сигурда, то погибнут все, включая ушкуйников.

На берегу была устроена короткая тризна. Сигурд, покрытый свежими ранами, веселился, сложил две висы о победе над презренным Локхидом. Ушкуйники пили и веселились без разгула.

Буйные по натуре, они выглядели степенными и рассудительными. Награбленное поделили, оба чужих драккара сожгли. Доспехи, содранные с Локхида, Сигурд велел набить соломой, подвесил на мачте, но чучело мешало парусу. Пробовал выставить на носу — получалось, что Локхид и мертвый командует его людьми, а на корме чучело мешало, на него постоянно натыкались. Разозленный Сигурд сбросил за борт, доспехи просвечивали на мелководье остаток дня, пока двое из викингов не вытащили и не разделили между собой дорогое снаряжение погибшего ярла.

— Зачем вам уходить? — удивился Сигурд. — Вы показали себя великими воинами! Часть добычи — ваша. Через пять дней будем в Новгороде, вместе попируем.

— Надо побывать в одной веси, — пояснил Олег. — Малая, неприметная, но там захоронены мои предки... Надо поклониться по дороге.

— Долг есть долг, — рассудил Сигурд. — Мы всем обязаны своим предкам! Они нам дали жизнь — самое ценное из сокровищ. Увидимся в Новгороде! Что выделить из общей добычи?

Рюрик ответил истинно по-княжески:

— Доблестный ярл! Это мы должны заплатить за то, что дал возможность подраться.

Неделю в дороге, а мечи в крови врага не купали. Сны глупые снятся, еда не в радость, небо не такое синее...

Викинги радостно заорали, кто-то колотил мечом по щиту, кричали здравицу доблестным попутчикам, предлагали смешать кровь в общей чаше. Сигурд поднял руки, утихомирил крики, сказал торжественно:

— Отныне и довеку мы — ваши братья.