Я та самая аспирантка, которая занимается биомаркерами рака поджелудочной железы. Та, которая просила у вас согласия поработать год в вашей лаборатории.
Глаза доктора Бентона распахнулись еще сильнее, и он пробормотал что-то вроде «Какого черта?». Затем его губы растянулись в широкой улыбке.
— Адам, ты абсолютный осел. Ты почему мне не сказал?
— Я не знал, — пробормотал Адам. Он не отрывал глаз от Оливии.
— Как ты мог не знать, что твоя девушка…
— Я не сказала Адаму, потому что не знала, что вы друзья, — перебила Оливия.
А потом подумала, что это звучит не слишком правдоподобно. Если бы Оливия действительно была девушкой Адама, он бы рассказал ей о своих друзьях. Раз уж, как это ни удивительно, у него есть хоть один друг. — В смысле, я, эм… никогда не умела сопоставлять факты и не догадалась, что вы — тот самый Том, о котором он постоянно рассказывает. — Так лучше. Вроде бы. — Простите, доктор Бентон. Я не хотела…
— Том, — сказал он, все так же улыбаясь. Степень его шока, казалось, снизилась до приятного удивления.
— Пожалуйста, зовите меня Том. — Несколько секунд его взгляд метался между Адамом и Оливией. Затем он спросил: — Слушайте, вы свободны? — Он указал на кофейню. — Давайте зайдем внутрь и поболтаем о проекте прямо сейчас? Нет смысла откладывать все до трех часов.
Чтобы потянуть время, она сделала глоток латте. Была ли она свободна? Технически да. Она бы с удовольствием добежала до границы кампуса и кричала бы там во вселенскую пустоту, пока не придет конец современной цивилизации, но это было не самым срочным делом.
И она хотела быть как можно любезнее с доктором Бентоном… Томом. Нищие не выбирают, и все такое.
— Я свободна.
— Отлично. Ты, Адам?
Оливия застыла. Так же, как и Адам, где-то на секунду, прежде чем ответить:
— Не думаю, что мне стоит присутствовать, если ты собираешься проводить собеседование…
— Да нет, это не собеседование. Просто неформальный разговор, чтобы выяснить, совпадают ли наши научные интересы. Ты ведь захочешь знать, вдруг твоя девушка соберется на год в Бостон, а? Ну, пошли.
— Он махнул им, чтобы они шли следом, и вошел в «Старбакс».
Оливия и Адам обменялись молчаливыми взглядами, которые тем не менее говорили о многом, а именно:
Что, черт возьми, мы делаем?
и
Откуда мне, черт возьми, знать?
и
Это будет неловко.
и
Нет, это будет просто ужасно.
Адам вздохнул и направился внутрь с обреченным видом. Оливия последовала за ним, проклиная глупость, которую сотворила.
