Подняв руки, стоя в воде, я послал над колышущейся водой два огненных шара. А затем еще два. Впереди в воздух поднялось два призрака, вцепившихся и тащащих за собой сопротивляющегося угря. Привидения вовремя порскнули в стороны и огненные шары ударили в мокрое тело змеи. Не успел враг опомниться, как его настиг еще один двойной опаляющий удар и только затем угорь со знакомым шипением рухнул в воду. И на большой скорости рванул к нам, стремясь отплатить обидчикам.
- Впереди еще два краба – напомнили мне…
- Принято – отозвался я, накрывая пространство коридора ядовитой терновой пущей.
Змея юркая, легко проскользнет между острыми иглами. Но не стоит сбрасывать со счетов воющих привидений, уже пикирующих в терновник… Вроде есть книга с похожим на нашу ситуацию названием: «Орущие в терновнике».
Мы продвигались вперед рывками различной протяженности. Самая настоящая настольная игра, где много зависит от удачи. Иногда мы делали двадцать шагов. Иногда только два. Но ни разу за десятки крайне ожесточенных битв мы не отступили.
Даже в тот раз, когда из-под свода коридора на нас набросился гикран, похожий на летучую мышь лишенную крыльев – от них остались жалкие лохмотья прикрепленные к передним и задним лапами. И никакой шерсти, лишь мерзкая серая кожа с черными пятнами. Мерзкая пучеглазая морда, пасть ощеренная сотней зубов-игл, свисающий широкий и толстый язык часто-часто перфорированный, прямо-таки дыра на дыре. Монстр превратил собственный язык в дырявую рыболовную сеть.
И в некоторых отверстиях ужасного языка копошились белые жирные черви, истекающие ярко-синей жижей, смешивающейся со слюной гикрана. Новый яд? Не знаю, испытать не довелось – от испуга мы забили стодвадцатиуровневого монстра за минуту, так и не подпустив бегущего по потолку урода. Страха натерпелись немалого, в то же время один из крабов-вестников почти добрался до хобота Колывана. Но справились… и снова продвинулись вперед на десяток шагов.
Гикран стал предвестником грядущего ужаса – обстановка в и без того мрачном влажном подземелье стала еще более гнетущей, со всех сторон доносились звуки чьих-то битв не на жизнь, а на смерть.
Судя по этим звукам кого-то рвали живьем на части, топили, били о стену, со злобным воем преследовали и с диким визгом от кого-то убегали. Вода поднялась выше, теперь крабы скрывались в ней с головой, а стелющиеся у самого дна угри могли остаться незамеченными до момента атаки.
