– Круто! – подытожил я, косясь на его невероятные руки – Просто круто…
Тяжело вздохнув, Орб покосился на свои руки, пощупал бицепс, вздохнул еще горше, после чего приподнял задницу и нацелился на…
– Пакуем! – повторил я строго и когда хитрован сник, повернулся к Пал Палычу – Лучше бы, чтобы служба техподдержки нас встретила хотя бы в вагоне, если не будет сопровождать. Сбоев не хочется.
– Встретит – пообещал охранник и, допив чай, вышел.
Я глянул на белую акулу принявшую обличье заботливой нянюшки, задумчиво глядящей на любимое чадо.
Заметив мой взгляд, мама Лена качнула идеальной строгой прической и распорядилась:
– Отставить дешевые оправдания. Вы в Сибирь и дальше собрались. А в такие дороги отправляются молча…
Я кивнул и потопал собираться.
Молча так молча. Глянув через плечо, увидел, как забившись в угол, мускулистый детина принялся в быстром темпе отжиматься, глядя на пол с таким выражением лица, будто перед ним его злейший враг.
Ох и веселая же северная компания подбирается…
Хорошо, что еще Черная Баронесса не решила с нами зазимовать.
Двойной звонок в дверь заставил меня вздрогнуть, но я тут же расслабился, услышав спокойный голос шагнувшего за порог Пал Палыча:
– Не дергайтесь. Это свои, а враги пока не подоспели.
– Не их испугался – признался я и потопал трамбовать пожитки в чемодан.
Глава 2
Глава вторая.
— Если гоблины атакуют – пробормотал я, опускаясь на эластичное ложе игрового кокона и пока не задвигая крышку.
Снова вспомнилась фраза Марко-Бома и его молчаливая готовность принять участие в обороне.
Перенесенный на новое место и снова подключенный кокон завершал последние тесты. Только что ушедший техник службы поддержки предупредил Киру, Марко и Орба о том, что ему пришлось заблокировать некоторые возможности их продвинутых дорогущих коконов в том, что касалось реагирования на внешние сотрясения, вибрацию и прочие неизбежные на железной дороге штуки.
Теперь их коконы не будут отключаться, но по прибытию на место крайне желательно восстановить все настройки безопасности.
Лично мне техник ничего не сказал, но пару раз сокрушенно вздохнул, а затем подарил мне новенький коврик, что ложился на пол у кокона и был снабжен рисунком рыдающей прекрасной эльфийки и надписью «Спаси меня, герой!».
Коврик я отдал Кирее, не захотел попирать ногами залитое слезами женское лицо.
