Гладиатор. Книга 1

Оставаясь абсолютно не прозрачной, она как не странно, не чувствовалась, ничуть не стесняла движения и ни в коей мере не препятствовала дыханию. Несколько раз глубоко вздохнув, я провентилировал легкие, как будто собирался нырнуть на очень длительный срок. Достал из ножен шашку и шагнул вперед.

Едва перейдя через дверной проем, я поднял все свои ментальные способности до максимума, мой псищит превратился в псикокон, а термозрение вполне заменило обыкновенное. К моему удивлению я не почувствовал никакой агрессии, наоборот меня начала обволакивать теплая, душевная, я бы сказал семейная, волна.

Создавалось ощущение, что теплые и ласковые девичьи руки пытаются прикоснуться ко мне. Волны нежности начали накатывать одна за одной, под их прикосновения мой ментальный кокон начал истаивать, как снежок под жарким солнцем. Руки опустились сами собой, шашка звякнула об пол. До моего слуха донесся нежный девичий смех, очередная волна любви и нежности буквально раздела меня, смыв остатки моей ментальной защиты, лишь какие-то крохи еще продолжали цепляться за мою ауру. Я был готов как телок идти туда, куда меня позовут. Волны нежности продолжали очищать меня от псизащиты, пока я не предстал перед ними в своей душевной наготе. По какому-то не слышному зову все мои мечты, надежды и чаяния начали отступать и покидать меня, я хотел плескаться в том океане нежности и любви, что поманил меня, вечно. Мои желания перестали быть, их место заняли чужие. Разум еще сопротивлялся, но даже он начал сдавать, его место занимали чувства, и чувства не мои. Как последний крик о помощи, как глас умирающего прозвучала мысль «сирены, как сладко поют сирены». Не знаю что послужило толчком, может отвлеченная ассоциация с сиренами, ну откуда эльфам-инопланетянам знать земные мифы, может вопль умирающего, размываемого чужими чувствами, разума, но я смог увидеть, увидеть и понять. Понять саму сущность тех двух существ, что приближались ко мне. Их сущности не имели ничего общего с человеческой, ко мне приближалась сама Смерть, никаких эмоций, никаких чувств, кроме чувства голода, когда-то на Земле таких называли Суккубами, это была высшая степень вампиризма, вампиризма не физического, а ментального, они не высасывали кровь, они высасывали саму душу. Это был тот редкий случай, когда человек умирал и был счастлив. В этот момент изменилось все. Самые древние инстинкты проснулись во мне. Я ощутил себя стоящим на коленях, у меня под рукой была моя шашка, пальцы сами сомкнулись на ее эфесе.