Гладиатор. Возвращение

- Нет, это Шато О-Брион девяносто второго, а то было восемьдесят пятого и стоило больше ста.

- Вот ты... сумасшедшая, - развожу руками.

- В больнице? Вино? - удивлённый, но скорее укоризненный взгляд Вики тут же заставляет пожалеть о том, что я не всё успел рассказать.

- На самом деле пила в основном, я, - поворачивается к ней Полина. - Алекс только нюхал, пытаясь уловить букет. Кстати, в том, что вы сейчас пьёте, есть похожие нотки.

- Надеюсь, оно сто тысяч не стоит, - тянет носом над тонким стеклом Вика.

- Нет, оно подешевле.

Что чувствуешь?

- Я не разбираюсь. Но мне пахнет табаком, шоколадом, чем-то древесным.

- У тебя отлично получается. Всё очень правильно, - забирает Полина бокал у меня и тоже принюхивается. - А ещё немного чёрной смородиной, мхом, даже прелой листвой, - делает она глоток из моего бокала и словно катает вино на языке, - есть даже немного трюфелей.

Чёрт! А бассейна с цветным желе всё же очень не хватает. Она же это явно специально. Ведь видит, что Вика ревнует и провоцирует.

Но как непринуждённо у неё это выходит. Как интимно: оставить след помады именно там, где к стеклу только что прикасались мои губы. Невольно даже хочется их облизнуть. И лишь лёгкое ироничное движение изящных бровей моей девочки говорит о том, что вызов принят.

- А у вас один магазин? - допивает Вика одним глотком. И я только сейчас замечаю, что один держал бокал неправильно: облапав всей пятернёй чашу. Моя потрясающая жена, держит бокал за тонкую ножку и, наверное, никогда не перестанет меня удивлять вот такими знаниями, а ещё своим темпераментом.

Потому что, вручив бокал, она впивается в мои губы жадным поцелуем.

И я боюсь прижать её к себе сильнее, потому что чувствую, как моментально набухает у меня в ширинке. И боюсь думать о том, что она под тонким платьицем голенькая. И что, если моя рука скользнёт сейчас по спине ниже... Чёрт! Отшлёпать её мало! О, нет, нет, нет! Об этом особенно думать не стоило. Твою мать! Ставлю бокал куда попало и поспешно снимаю пиджак.

- Что-то жарко у вас, - с невозмутимым лицом прикрываюсь пиджаком, когда это необузданная стихия в платьице перестаёт терзать мои нервы и губы да нарушать приличия.

- Простите, отвлеклась, - поворачивается она к Полине. - Вы сказали: да?

- Да, магазин один, - и я бы дал этой Полине Оскар за самую понимающую улыбку в мире и самый невозмутимый вид, с которым она продолжает как ни в чём ни бывало. - Но самое главное наше богатство - склады. Точнее сказать, современные погреба.