Гладиаторы

Капитан флагмана давно уже заметил, что первый командующий покинул рубку управления, и сообразив, что теперь вся ответственность за выполнение приказа ложится на него, затребовал данные о положении остальных кораблей. Убедившись, что вся эскадра вышла на дистанцию прямого выстрела, капитан сосредоточился и отдал команду. Стрелки дружно направили мысль-приказ на консоли управления огнём, и на планету обрушился огненный смерч. Но уже после второго залпа от поверхности отделились десятки длинных тел и, выплюнув струи огня, понеслись в сторону эскадры.

Обеспокоенный капитан приказал перенести огонь на стремительно приближающиеся снаряды, но было поздно.

Быстро перенастроить управление огнём на эти аппараты стрелки просто не могли. Скорость передвижения этих снарядов была непостоянна. Разогнавшись в атмосфере планеты, они вырвались в безвоздушное пространство и, сменив траекторию, понеслись прямо в корабли эскадры. Узнав это ужасное оружие аборигенов, капитан флагмана издал ментальный вопль, от которого содрогнулись все находившиеся в рубке.

В следующий миг снаряд достиг флагмана, и огромный корабль содрогнулся от взрыва. Сидевший у консоли навигатора леоб вывел на экран список повреждений и издал вопль ужаса.

Это был не просто снаряд, наносящий разрушения при помощи примитивного взрывчатого вещества. Это был ядерный заряд. Ядерная вспышка прожгла внешнюю обшивку флагмана, и секция жизнеобеспечения прекратила своё существование.

Это был конец.

Но первый командующий не знал всего этого. Оставив короткий доклад для Верховных Управляющих, он спустился в зал Чести и, открыв вентиль, принял позу покорности судьбе. Звонкое шипение выпущенного метана заполнило помещение. Бесстрастные камеры фиксировали каждый жест первого командующего до тех пор, пока флагман не потрясло взрывом.

Изолирующая обшивка зала дала трещину. Взрыв в секции жизнеобеспечения вызвал замыкание всех энергетических цепей, и оборванный кабель упал на ребристый металл пола.

Промелькнула огромная голубоватая искра, и зал Чести вспух огромным огненным шаром.

* * *Тот день Матвей запомнил на всю оставшуюся жизнь. С самого утра им обоим, и проводнику, и собаке, было не по себе. Слоняясь по базе, они то и дело натыкались на деловито бегущих куда-то посыльных. Но на все вопросы Матвея парни, отлично его знавшие, только разводили руками и делали вид, что сами ничего не понимают.