Расстояние до парней неумолимо сокращалось.
«Полицейский обвешан артефактами против ментального воздействия. Внушение прямо сейчас невозможно. Для дестабилизации устройств мне нужно время».
«Да за что меня арестовывать?» — изумленно спросила я ушастика."
"«Поддельный паспорт», — мгновенно ответил тот.
— Лаптева, так ты не сдохла? — вдруг раздался удивленный, но такой знакомый голос.
Нормальный ход. Они считают, что умерла? Или это такие специфические фантазии у сынка Силантьева? На кой ляд я вообще сюда приперлась? О чем только думала?
Мысленно костеря себя, я собрала волю в кулак.
Остановившись перед студентами, осмотрела высоченного коротко стриженного юношу с ног до головы.
— Это вы мне? — сухо поинтересовалась.
— Тебе, Лаптева, тебе. Со слухом проблемы? — Силантьев гнусно ухмыльнулся. — Только на один сапог денег хватило? Совсем обнищала? На паперти плохо подают?
Треснуть бы тебе этим сапогом по наглой харе!
Я угрожающе прищурилась.
— Пропустите, — грозно приказал какой-то мужчина.
А через мгновение я увидела толстопузого служителя Фемиды.
Оба-на, старый знакомый. Откуда он здесь взялся? Про поддельный паспорт и то, что мы уже виделись, удачно позабыл. Сам бы не вспомнил. От начальства нагоняй получил? Как же это некстати.
Толстяк напряженно всматривался мне в лицо. Явно опознав по фотографии, с трудом скрыл торжествующую улыбку. Раздувшись от собственной важности, представился:
— Провинциальный советник, мещанин Савелий Павлович Житников. Вы — изгой Александра Лаптева?
Я невозмутимо ответила:
— Нет.
Физиономия полицейского вытянулась. Такого ответа он, очевидно, не ожидал. К чести мундира, жирдяй быстро сориентировался:
— Неужели поняли, что попались? Готовы добровольно назвать ваше настоящее имя? — поинтересовался с ехидцей.
Не готова, но иного варианта не вижу.
— Стиль вашего общения, господин провинциальный советник, оставляет желать лучшего, — отбрила «колобка» ледяным тоном. — Меня зовут Александра Петровна Апраксина. Я — глава боярского рода Апраксиных, — с нарочитой небрежностью подняла правую руку, продемонстрировала перстень.
Мещанин Житников резко побледнел.
— Да врет она! — уверенно заявил молодой Силантьев.
Стремительно приблизившись, мускулистый парень крепко схватил меня за ладонь, попытался стянуть кольцо. Вспышка и болезненный вскрик наглеца слились воедино.
— Мерзкая ведьма, — с ненавистью просипел Силантьев. Шипя от боли, он приплясывал и нянчил пострадавшую конечность.
