А что будет, когда император узнает о ребёнке? Шансы на то, что меня сразу же посадят под замок, улетают в стратосферу. Может, дед фантазирует? Но зачем ему это? Выгоды вроде никакой.
— Благодарю за откровенность, — я сдержанно улыбнулась старцу. — Предлагаю вернуться к домовым.
— Волевой характер, — пробормотал под нос ректор, одобрительно кивнул. Спустя короткую паузу деловым тоном продолжил: — Моё разрешение — чистая формальность. Можно сказать — дань традициям. Уходить или нет к новому хозяину, принимают домовые.
Если не захотят, заставить их невозможно. Уж не обессудь.
«Так и есть, — неожиданно сообщил Або. — Правильно сделала, что сразу поставила обувь на стол. Теперь передвинь её ближе к центру стола».
Под пристальным взглядом Алексея Владимировича я молча поставила сапог на середину столешницы. Старик глубоко вздохнул. Смежив веки, приложил пальцы к вискам и застыл.
«Что он делает?» — спросила ушастика, наблюдая за неподвижным стариком.
«Обращается к домовым, даёт своё согласие на их уход, — моментально ответил Або и неожиданно огорошил: — У входа в шатёр стоит студент Рыжов, караулит тебя.
Взволнован, искренне влюблён. Планирует прямо сейчас предложить руку и сердце».
Началось в колхозе утро. Парень он неплохой, обижать отказом не хочется. Так что лучше удрать по-тихому.
«Построю тоннель отсюда».
«Понял», — лаконично бросил зверёк.
В этот момент архимаг пошевелился. Опустив руки, сообщил:
— Всё, что от меня требуется, сделал. Если в течение пяти минут ничего не произойдёт, то — не договорив, он посмотрел с сочувствием.
Жаль, конечно, но не смертельно. Скорее бы все закончилось. Очень хочется отсюда убраться. Не стоило мне в академию возвращаться.
Вдруг мой сапог интенсивно засветился! Алые блики плясали на столешнице, потолке, лице старика архимага. По телу пробежали неприятные мурашки.
Прямо как в подвале, когда демон приходил.
Цвет резко сменился на призрачно-зелёный. Бородатый ректор поразительно стал похож на водяного. Глуша неуместный смешок, я перевела взор на стол.
Через секунду молочно-белая вспышка озарила палатку, и всё закончилось.
— Забирай своих работников, — мягко предложил Алексей Владимирович.
Встав, я с опаской взяла обувь, осторожно заглянула вовнутрь. В голенище светилось и шевелилось непонятно что. Какая-то розовато-жёлтая субстанция.
«Все домовые решили уйти к тебе. Здесь тридцать четыре особи», — безучастно информировал Або.
Куда мне столько⁈ Впрочем, найду куда пристроить.
