Главная роль 8

Это так?

— Никак нет, Георгий Александрович, — излишне-бодро ответил генерал-лейтенант Роман Исидорович Кондратенко. — Кампания идет в том же духе, что и ранее — при полной доминации Русского оружия.

— Флот считает так же? — посмотрел я на Степана Осиповича Макарова, тот самый флот в Генштабе и представляющий.

— Так точно, Георгий Александрович!

— А чего тогда рожи кислые? — откинувшись в кресле, спросил я. — Роман Исидорович, просветите меня — тоже похандрить хочется.

"

"Помявшись пару секунд аки смущенная гимназистка, генерал ответил:

— Виноват, Ваше Величество. Рожи у нас кислые исключительно потому, что у нас получается не война, а избиение.

Генералитет покивал, выражая согласие. Не удивлен: передо мной же высшая воинская аристократия, в головы которой накрепко зашиты всяческие «чести». Стыдно им вот так воевать, тупо забрасывая врагов начиненным взрывчаткой железом. Вот бы тыщонок этак сто-двести солдат красивыми коробочками на пулеметы и траншеи героически послать, помереть за Веру, Царя и Отечество!

— Понимаю вас, господа, — кивнул я.

— И сам испытываю изрядное смущение от подобного положения дел. Однако будучи защитником подданных Российской короны, я считаю такой способ ведения войны прекрасным. Денег и железа у нас, слава Богу, — перекрестились. — Хватает, а рабочих рук — сами знаете. Чем больше мужиков вернется домой живыми и невредимыми, тем лучше мы сможем подготовиться к следующей большой войне.

— Так точно, Георгий Александрович, — с фальшивым энтузиазмом выразил согласие Кондратенко.

— С этим разобрались, — я открыл положенный передо мной Остапом большой блокнот с названием «Для совещаний» и «окошками» для даты и номера собственно совещания и вооружился перьевой ручкой. — Значит можно переходить к «избиению». Начнем, как обычно, с Черноморского фронта…

* * *Лейтенант Собственной Его Императорского Величества Георгия Романова частной военной компании Федор Ильич Чижиков сидел на крылечке старого, почти развалившегося охотничьего домика в глухом лесу.

В доме спали его подчиненные, и лейтенант отправил часового присоединиться к ним. Не до утра — толку от невыспавшегося командира не будет — а на пару часиков: хотелось посидеть в темноте и тишине.