Как я понимаю, важнейшая задача для нашего поколения, по масштабу и актуальности равнозначная проблеме рабовладения двести лет назад, — ликвидация вопиющего экономического неравенства в мире, главный символ которого — гигантский долг Третьего мира, который выплатить совершенно невозможно. На протяжении последних лет я не раз выступал на эту тему, и мне кажется, что некоторые из нас, подобно Вильберфорсу, выступившему против рабовладения, призваны не давать окружающим ни минуты покоя до того момента, пока эту проблему не начнут воспринимать всерьез.
И тогда можно действительно изменить наш мир. На эту тему написано немало хороших книг, и здесь я не намерен вдаваться в подробности. Я только хотел высказать свое убеждение в том, что это — нравственная проблема номер один для наших дней. Конечно, сексуальность чрезвычайно важна, но глобальная несправедливость стократ важнее. Нынешняя система глобального долга — настоящий разгул безнравственности, грязный скромный секрет (или грязный огромный секрет) блистающего и лоснящегося западного капитализма.
Чего бы это ни стоило, мы обязаны изменить ситуацию, иначе историки будущего заклеймят нас позором и поставят в один ряд с христианами, поддерживавшими рабовладение двести лет назад или оправдывающими нацизм семьдесят лет назад. Это крайне серьезно. Я не буду развивать эту тему, но только хочу отметить четыре пункта, связанных как с природой споров, кипящих вокруг этого вопроса, так и со всеми вопросами, которые мы рассматривали в данной книге ранее.
(Я это прекрасно знаю на своем опыте: сколько бы я ни писал о долгах, я обязательно слышу в ответ — обычно от христиан США — советы больше заниматься Иисусом или Павлом и не лезть в непостижимые для меня дебри экономики и политики. К счастью, в тех же Соединенных Штатах, как и везде, есть и совсем другие люди, поддержка которых помогает мне продолжать выступления на эту тему.)
Во–первых, можно заметить, что аргументы возражающих против прощения глобальных долгов удивительным образом напоминают давние аргументы против отмены рабовладения.
Почитайте работы квакера XVIII столетия Джона Вулмана (1720–1772), перечитайте историю Вильберфорса (1759–1833).[223]Их оппоненты, используя покровительственный тон, всевозможные оговорки и порой — наглость, им говорили: «Мы знаем, как устроен мир, и не надо досаждать нам разговорами о нравственности». Им возражали великие и известные люди, защищавшие интересы власть имущих.
