И чем дольше он вглядывался в горящие дьявольским огнем маккентоевские глаза, тем соблазнительнее казалось предложение.
— Обычно я такое говорю, — сказал он, решившись, и, сжав напоследок плечо Дерека, осторожно выбрался из-под него. Опустился на колени и медленно наклонился, ставя ладони на матрац.
— Вот минут через десять и скажешь, — хмыкнул Дерек. Он встал на колени позади него, погладил Алефа по спине, заднице и неожиданно нагнулся, касаясь губами поясницы. И только потом потянулся за оставленной на тумбочке баночкой мази.
Щедро зачерпнул и сразу же тронул холодными пальцами анус, массируя и втирая мазь в воспаленную кожу. — Ты только не кончай, — попросил, когда Алеф шумно выдохнул, а его член стремительно затвердел. — Спешить сегодня некуда, так что поиграем в доктора.
— Ладно, — пообещал Алеф, хотя плохо понимал, как у него получится не кончить. С девушками это было достаточно легко, но вот как затормозить, когда чуткие, умелые пальцы надавливают, трогают, гладят именно там, где надо, и точно так, как хочется.
— Я… попробую, — пробормотал он и с натугой втянул носом воздух: Дерек как-то особенно удачно надавил.
Скользкий палец легко скользнул внутрь. На мгновение внутри все воспротивилось, обожгло болью, но тут же мягкая прохлада стерла все эти ощущения, давая почувствовать другое — осторожные, нежные поглаживания и мягкие нажатия.
Но продлились они недолго: очень скоро палец исчез, и вместо него внутрь медленно вошел обжигающе горячий член.
Алеф тихо выругался, расставил колени пошире и зажмурился. Дерек был прав на сто процентов: в этой позе все ощущалось совсем иначе. Никаких отвлекающих факторов, никаких ощущений, кроме одного: чувства, как член входит в тело, распирает все внутри.
Алеф ждал сильных, глубоких толчков, рук, сжимающих грудную клетку так, что и вздохнуть нельзя, и острого, почти болезненного удовольствия. Но в этот раз все было по-другому: Дерек мягко гладил его по животу, даже мельком не задевая член, целовал в шею, за ухом.
Наваливался грудью на спину или, наоборот, отстранялся, только чуть-чуть придерживая за бедра. И двигался медленно-медленно, будто лениво. Алеф дергал задом, понукал его, подгонял, но Маккентой только крепче сжимал пальцы и замирал на месте.
В эти моменты Алефу казалось, он сходит с ума. Потому что невозможно же и вправду ощущать, как под тонкой кожей члена, заполняющего задницу, бьется пульс.
