Потом еще с острым сыром, к пиву пойдет отлично. И сладких, с воздушным кремом. И, наверное, еще тех вкуснейших соленых крендельков точно надо взять. Алеф сглотнул набежавшую слюну и потер живот. Если не считать совершенно безвкусных мюсли и водянистого кофе во время голожопого завтрака, в желудке ничего и не было.
— А доставки там нет? — поинтересовался Дерек. — Или, может, в ресторан позвоним?
— Такие пироги, как там, ни в одном ресторане не попробуешь, — покачал головой Алеф. — Даже не знаю, смог бы Гидеон переплюнуть миссис Уильямс.
На эту пекарню, ютящуюся в крошечном подвале многоквартирного дома, Алеф наткнулся случайно и точно прошел бы мимо потрескавшейся выцветшей вывески, если бы в этот момент не унюхал потрясающий теплый запах свежей выпечки. Хозяйка пекарни, она же и единственный ее работник, пышнотелая пожилая негритянка, молниеносно упаковывала пирожные и пироги, одновременно поглядывая за работающей духовкой, установленной прямо за прилавком, виртуозно управлялась с видавшей виды кофемашиной и успевала обсудить с клиентами погоду и местные сплетни.
— Гидеон может все! — категорично заявил Дерек, но безропотно поехал за Алефом. — Лучшие пироги, говоришь?.. — переспросил, разглядывая потрепанную вывеску.
— О, не будь снобом! — закатил глаза Алеф. — Идем! Вряд ли тебя тут узнают.
Но он ошибся. Стоило только Дереку подойти к прилавку, как хозяйка выронила из рук поднос и пронзительно завизжала.
— Дерек! — выкрикнула она. — Дерек Маккентой! — и вдруг смачно выругалась.
Это было так неожиданно и искренне, что Дерек рассмеялся, согнувшись пополам, и показал ей большой палец.
— Дерьмо собачье! — ответила на это хозяйка потрясенно. — Дерек Маккентой в моей пекарне! — и зачем-то сунула ему поднос.
— И что мне с ним делать? — сияя улыбкой, Дерек взял поднос и покрутил его в руках.
Хозяйка ответить не смогла — лишь сделала вид, что пишет пальцем в воздухе.
— Тут маркер нужен, — хмыкнул Дерек. — У меня нет.
Просияв, хозяйка протянула ему цветной маркер, которым писала на доске со специальными предложениями.
Он был смывающимся, но у Алефа не было никаких сомнений, что поднос будут хранить как зеницу ока.
— Я ваша поклонница… — выдохнула хозяйка, с благоговением вкладывая маркер Дереку в руку.
— Я уже понял, — Дерек весело ей подмигнул. — Как вас зовут?
— Айлин, — выдохнула она и утерла глаза уголком белоснежного фартука. — Ой, ну надо же, Дерек Маккентой! — и снова прикоснулась его руке.
